Пенелопа была – по крайней мере в собственном представлении – несколько более грациозной, чем полагало большинство людей. Хорошо танцевала, изящно двигалась и могли маневрировать в заполненных толпой помещениях, не натыкаясь на людей или мебель.
Но когда Колин сделал ей предложение, ее нога, находившаяся в этот момент в воздухе, шагнула мимо ступеньки, и в итоге Пенелопа оказалась на тротуаре, ударившись бедром о бордюр и уткнувшись головой в сапоги Колина.
– Ради Бога, Пенелопа! – вскричал он, склонившись над ней.
– Как ты?
– Просто прекрасно, – умудрилась произнести она, мечтая, чтобы земля разверзлась и поглотила ее.
– Ты уверена?
– Все нормально, правда, – отозвалась Пенелопа, держась рукой за щеку, которая, можно было не сомневаться, хранила отпечаток голенища сапога Колина. – Просто немного удивлена.
– Чем?
– Чем? – переспросила она.
– Да, чем?
Пенелопа моргнула. Несколько раз подряд.
– Э-э… пожалуй, тем, что ты упомянул о замужестве.
Колин бесцеремонно поднял ее на ноги, чуть не вывернув ее руку из плеча.
"
"– А что, по-твоему, я должен был сказать?
Она недоверчиво уставилась на него. Он что, сошел с ума?
– Что угодно, но только не это, – произнесла она наконец.
– Я пока еще не законченный мужлан, – буркнул Колин.
Пенелопа отряхнула пыль с платья.
– Я этого и не говорила, просто…
– Уверяю тебя, – продолжил он со смертельно обиженным видом, – я не веду себя подобным образом с женщинами твоего происхождения, не считая себя обязанным сделать им предложение.
Пенелопа удивленно уставилась на него.
– Тебе что, нечего ответить? – осведомился он.
– Я пытаюсь осмыслить, что ты сейчас сказал, – призналась она.
Колин подбоченился, устремив на нее раздраженный взгляд.
– Согласись, – сказала Пенелопа, опустив голову и глядя на него из-под полуопущенных ресниц с некоторым сомнением, – это звучит так, словно ты уже не раз – как это ты выразился? – считал себя обязанным сделать им предложение.
Он сердито нахмурился:
– Что за чушь! А теперь возьми меня под руку, и пойдем, пока не начался дождь.
Пенелопа взглянула на голубое безоблачное небо.
– Учитывая скорость твоего мыслительного процесса, – нетерпеливо бросил Колин, – мы можем проторчать здесь несколько дней.
– Ну, знаешь… – Она закашлялась от волнения. – Вполне простительно, что я несколько растерялась, услышав столь неожиданное заявление.
– Ну вот, опять все сначала, – проворчал он.
– Извини, – процедила Пенелопа.
Он крепче ухватил ее за локоть, двинувшись к ступенькам.
