Этот поцелуй олицетворял собой все, чего следовало опасаться и избегать девушке, получившей ее воспитание, и тем не менее Пенелопа знала – телом, сердцем и умом, – что ничто в ее жизни не было таким правильным и естественным. Она рождена для этого мужчины, сколько бы она ни пыталась смириться с фактом, что он рожден для кого-то другого.
Не говоря уже о том, что она испытывала невообразимое удовольствие.
Она желала Колина и наслаждалась ощущениями, которые он ей дарил.
Она хотела быть красивой, пусть даже в глазах только одного мужчины.
Потому что это единственный мужчина, мечтательно подумала она, когда он опустил ее на плюшевые подушки кареты, который имеет для нее значение.
Она любит его. И всегда любила. Даже когда он злился па нее так, что Пенелопа едва узнавала его и сомневалась, что этот незнакомый Колин нравится ей. Она все равно любила его.
И хотела принадлежать ему.
В первый раз, когда Колин поцеловал ее, Пенелопа восприняла это хоть и с восторгом, но пассивно, однако сейчас она была решительно настроена на активную роль.
Она все еще трудом верила, что это происходит на самом деле, и не позволяла себе надеяться, что они будут целоваться в дальнейшем.
Возможно, это никогда больше не повторится. И она больше никогда не ощутит восхитительной тяжести его тела, прижимающегося к ней, и возбуждающего поддразнивания его языка.
Это ее единственный шанс. Единственный шанс обзавестись воспоминаниями, которые она будет лелеять всю свою жизнь. Единственный шанс испытать блаженство.
Возможно, завтра он найдет другую женщину, с которой будет смеяться, шутить и, может, даже женится на ней, но сегодня…
Сегодня он принадлежит ей.
И видит Бог, она постарается сделать этот поцелуй незабываемым.
Пенелопа протянула руку и коснулась его волос. Вначале неуверенно – то, что она решила быть активной, вовсе не значило, что она знает, как это делается. Хотя губы Колина медленно, но верно лишали ее рассудка, она не могла не отметить, что на ощупь волосы у него такие же, как волосы Элоизы, которые она расчесывала бессчетное число раз за годы их дружбы…
Пенелопа хихикнула.
Это привлекло внимание Колина, и он поднял голову.
– В чем дело? – поинтересовался он с улыбкой.
Пенелопа покачала головой, пытаясь подавить неуместное веселье, но не слишком преуспев в этом.
– Я не могу продолжать, пока не узнаю, что тебя так развеселило.
Щеки Пенелопы зарделись, поразив ее запоздалой реакцией.
