Где я?
Арина где? Что блядь вообще происходит?
Отрываюсь от женского тела, которое всем весом вдавливаю в кровать.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю хрипло, упираясь локтями.
Юлька хлопает ресницами."
"— Как что? Мы были на приеме, потом поехали к тебе. Что-то случилось, Дема? Ты никогда таким не был...
Рывком откатываюсь на другую половину кровати.
— Я же просил, — с трудом сдерживаю закипающую внутри злость, — не называй меня Дема. Просто не смей.
Стягиваю презерватив, завязываю узлом.
— Я к себе. Ты можешь остаться, утром водитель тебя отвезет, — бросаю коротко и иду в душ на свою половину.
Становлюсь под хлесткие струи, руками упираюсь в стенки.
Ари. Ее так называл этот ушлепок Феликс. И ей очень идет.
Арина была девчонкой, наивной, милой, немного избалованной, которая смотрела на мир распахнутыми глазами. Влюбленной в меня. Моей девчонкой.
Ари другая. С ее лицом и телом, но другая. Глаза другие.
Там больше нет немого обожания, оно исчезло ещё в нашу последнюю встречу. И нет той пугающей пустоты, которая ещё долго снилась мне.
Я просыпался мокрый от холодного пота с вылетающим из груди и ноющим от боли сердцем.
Там нет больше ничего моего. И от этого хочется нахуй разъебать по кирпичикам стены, давящие со всех сторон как каменный мешок.
Она с Феликсом, это видно по их взглядам, по его непроизвольным движениям. Он весь вечер рядом терся, руки тянул, как прикрывал. Они на одной волне, это так явно видно, что я едва сдерживал бушующую внутри ярость.
Значит они ещё тогда спелись, за моей спиной.
И с его стороны это была не просто подстава, он целенаправленно увел у меня Арину. Или это произошло после?
Походу я зря не интересовался ни ею, ни Феликсом. Узнать, чем он дышит, стоит в любом случае, если я приму решение с ним сотрудничать.
Ди Стефано. Выходит, помирился со своим папой-мафиози.
Ещё стоит выяснить, как и чем жила все эти годы Арина Покровская. И больше не распускать сопли, даже если воображаемая ебля с ней приводит к таким охуенным оргазмам.
Набрасываю полотенце, мельком замечаю себя в зеркале. Медленно разворачиваюсь, упираюсь руками в пьедестал умывальника. Впиваюсь взглядом в собственные зрачки.
— Себе хоть не пизди, — говорю, с трудом разжимая челюсти. — Ты никогда её не ебал. Ты ее любил.
Глава 5
Арина
Он снился мне всю ночь.
Ничего не говорил, ничего не делал. Смотрел безотрывно, даже не моргал. В нем не было ничего, что напомнило бы мне нашу последнюю встречу. Словно это двое разных мужчин.
