Прощение просила за свое отношение к Вике…
– Кир, мне так стыдно… – вырывает меня из омута мыслей Вика. – Я не могу шевелиться. Так, как делают все нормальные девушки, когда занимаются сексом. Я… Я только на спине могу лежать и все… Господи, может, дядя Боря прав? Зачем я тебе… такая?
– Глупости какие… Какая? Я люблю тебя, милая. Сильно тебя люблю. И хочу. Только тебя.
– Ладно… Пообещай, что будешь спать без кошмаров? Мне кажется, все кончилось… Никто не вредит тебе, да и…
– Потому что я не свечу нигде своей рожей.
Пиздец просто, Вик… Я так скучал…
– Ки-ир… – стонет она, когда я осторожно снимаю с нее лосины вместе с трусиками. Поправляю ортопедическую подушку под ее поясницей и шире развожу стройные ноги. – Не шевелись, ладно?
– Что ты задумал? А ты? Я хочу, чтобы и тебе было хорошо. Кир, я… Я люблю тебя.
Аминь… В душе словно ангельский хор взрывается ликованием. Мне никакой разогрев не нужен – только ее слова. Доверие, зарождающееся с каждым днем, ее тоска по мне…
Вика тянется ручками к шнурку моих спортивных штанов и проворно развязывает его.
– Я сам, крошка… Не волнуйся, не останусь без сладкого…
Касаюсь ее вмиг увлажнившихся складок, растираю влагу вокруг чувствительного узелка, чувствуя, как по ее животу прокатывается дрожь. Кайф просто… Видеть, как она возбуждена, как ей нравится.
– Мамочки… Ты уверен, что мы…
– Ты слишком много разговариваешь, милая.
Ее кожа нежная и сладкая. Пахнет любимым Викиным гелем для душа – с ароматом апельсина и миндаля. Лижу ее кожу, целую… Пульс ревет в висках от возбуждения, я с трудом держу себя в руках… Наслаждаюсь видом ее распростертого, зацелованного тела, пьянею от нее… Люблю.
Так сильно, что орать хочется. В лес свалить и кричать что-то нечленораздельное, расхаживая между сосен. Ни хрена не могу выразить, как сильно она мне нужна… Слов не подберу.
– Кир… Кирюша… Пожалуйста… – стонет она.
Такой внутри трепет от ее мольбы. Склоняюсь к ее лону и касаюсь губами. Задерживаю дыхание, выписывая круги вокруг клитора. Такая сладкая… Моя…
Сейчас бы войти в нее и… Но я терплю.
Все, чего хочу – чтобы моя девочка скорее выздоровела…
– Сладкая моя… Боже… Ты там такая красавица, везде красавица…
Голос у меня пьяный, а у Вики глаза ошалелые. Стонет, дрожит, едва держится, чтобы не прогнуться как следует в пояснице. Но я не даю – удерживаю ее бедра и целую ее там.
– Трахни меня, Кир… Хочу тебя в себе. Пожалуйста…
Пристраиваюсь между ее бедер и медленно вхожу. Чистый кайф… Наркотик, а не Вика.
