Но она не выглядит удивлённой, как будто вот такие парочки к ней чуть ли не каждый день приходят.
— Кукла, — рычит угрожающе, а я губы поджимаю. А что говорить? Что ты криминалом занимаешься и тебя как будто грохнули? Алкашом будешь!
— Злата, какой конечный результат вы бы хотели получить от семейной терапии?"
"А можно, чтобы ему под наркозом внушить, что он меня не знает? Чтобы жить спокойно дал? Наверное, вряд ли. А жаль.
— Хочу убедиться, что он максимально адекватный и я могу подпустить его к ребёнку. Потому что методы, которые он использует, больше пугают!
— Закончила? — Снова рычит.
— Я только начала, — в ответ ему угрожающе улыбаюсь, — он как сталкер ходил за нами и ребёнка напугал. А теперь хочет, чтобы я его к сыну без всяких претензий и условий подпустила.
— Хорошо, Злата, ваш запрос я услышала. Эмир, а что касается вас?
Буйный вдруг вместо того, чтобы плевать и кричать, угрожающе рычать, вдруг… улыбается мне. Совсем катушка слетела?
— В семью вернуться хочу, — выдаёт, а я только от такой наглости рот распахиваю, — я вчера свою первую звёздочку получил в клубе анонимных алкоголиков.
Иду к успеху.
Вот же козёл!
— Смотри только не пропей на радостях, — огрызаюсь в ответ.
— Ну что ты, милая, я очень хочу обратно. Готов даже зашиться.
Или закрыться. В гробу. Я туда пару гвоздиков вколотила бы.
— Я понимаю, с какой проблемой вы обратились. Но должна предупредить, что проработать все моменты мы сможем только, если вы оба будете этого хотеть. Злата, я понимаю, что обида на Эмира очень сильная.
Задела вас глубоко, и вы пока что не готовы его простить. Так же я понимаю, когда преувеличивают или говорят неправду. По тону, мимике, взгляду. Даже по тому, как часто вы поправляете волосы, когда говорите, что Эмир злоупотребляет алкоголем.
Вот здесь мои щёки моментально краснеют. Меня раскусили за считанные секунды.
— Эмир, вы очень сильно обидели Злату, и хотя бы для того, чтобы вы смогли обсудить проблему без лишних эмоций, нужно время. Просто не будет. Так что вы должны оба принять решение — действительно ли вы хотите решить свои проблемы.
Я скрещиваю руки на груди. Вздыхаю тяжело. Обязательно психологу быть настолько проницательным. Эмир выглядит таким же недовольным, как и я. Помещение заполняется тишиной.
Альбина Басировна постукивает кончиком ручки по своему блокноту, заставляя скривиться.
— Итак, — мягко улыбается она. — Начать начистоту довольно сложно, не так ли? Мы можем попробовать…
— Говорить начистоту, — влезаю я.
