Руки его везде. Жадно ощупывают. А я дышать прерывисто начинаю. Искорки возбуждения вспыхивают то тут, то там. Навстречу тянусь.
— Дрался? — Веду пальчиками по его щеке.
— Рикошетом прилетело, — отмахивается. — Главное, что я всё решил."
"— Всё-всё?
— Совсем всё, Злат. Обещание сдержал. Твой черёд.
— Какой?
— Мне ребёнка обещали.
Я вскрикиваю. Эмир меня резко на руки поднимает. Обхватываю его торс ногами, к колючей щеке прижимаюсь. Покрываю жёсткие волоски поцелуями.
Смеюсь счастливо, заглядывая в его тёмные глаза.
Ни капли мне не страшно, каким бы грозным он ни выглядел.
— Пора платить по счетам, кукла.
Ладони Эмира грубо скользят по моим бёдрам, надавливая, будто хотят оставить на коже следы. Я хватаю воздух губами, когда он сильнее сжимает мои ягодицы, приподнимая меня.
— Ты думаешь у меня есть терпение, Злата? — Рычит он, и его губы обжигают мой подбородок.
— Эмир… — мой голос дрожит, тело трепещет от каждого его прикосновения.
Он рывком поднимает мою ногу, оборачивает её вокруг своей талии, а затем другой рукой снимает с меня платье, оставляя меня только в кружевном белье.
— Чёрт, кукла… Ты понимаешь, что творишь со мной?
Его губы находят мою шею, и я выгибаюсь навстречу, зарывая пальцы в его волосы. Каждый поцелуй оставляет за собой огненный след, а его руки скользят вниз, срывают с меня остатки одежды.
— Нас могут услышать… — шепчу, но слова тут же тонут в стоне, когда его пальцы проникают в меня.
— Пусть слушают, — хрипит он, ни на секунду не останавливаясь.
Мои ноги обвиваются вокруг его талии, его пальцы двигаются так, будто знают, что мне нужно. В голове всё плывёт, я хватаюсь за его плечи, цепляюсь за реальность.
— Эмир, пожалуйста… — хнычу, выгибаясь.
Он вытаскивает пальцы, резко поворачивает меня лицом к столу, толкает животом на столешницу.
— Ты готова? — Его голос звучит глубже, хриплее, чем обычно.
Я киваю, не в силах произнести ни слова. В следующий миг он рывком входит в меня, и я вскрикиваю, когда меня накрывает волна удовольствия.
Толчки глубокие, резкие, каждый раз он проникает в меня до предела, заставляя тело вибрировать от удовольствия. Моё дыхание прерывается, а пальцы царапают поверхность столешницы.
— Ты моя, Злата, — говорит он, низко, впиваясь зубами в моё плечо. — Моя, слышишь?
— Да, твоя, — хриплю, чувствуя, как его слова пронзают меня так же, как и его толчки.
Темп ускоряется, его бёдра с силой врезаются в меня, а я уже не могу сдерживаться.
