Вкус кофе становится горьким у меня во рту. Я отставляю свою чашку и подгибаю под себя ноги.
- Но если бы он был именно тем, он должен был бы остаться. И ты бы знала, что он тот с самого начала. Верно? То есть было бы ощущение, что все идеально, - это глупый аргумент, но сама идея того, что мой отец мог бы стать истиной любовью моей мамы, сбивает с толку.
Мамин легкий смех наполняет комнату.
- Ты думаешь, любовь не требует, чтобы над ней работали? Думаешь, ее не нужно взращивать? - ее волосы покачаются, когда мама мотает головой.
- Конечно же, это не так.
Я снова откидываюсь на подушки, дуясь.
- Честно, мам? Я шокирована тем, что ты все еще веришь в любовь.
- Почему? - ее глаза прищуриваются до узких щелочек.
- Потому что, ты... - я расстроено вздыхаю. Я не хочу ее ранить, но мой безумный рот уже извергает слова. Сейчас я не могу уже забрать их обратно. - Все эти парни... - я смолкаю, отводя взгляд. Жар от мерцающего огня стягивает кожу на моих щеках.
Моя мама смотрит на меня, прожигая мою кожу взглядом.
- Потому что я терплю неудачи в любви?
Я тупо киваю. И она пьет свой кофе, тоже глядя на огонь. Дзиньканье ее чашки о блюдце прерывает наше молчание.
- Почему ты думаешь, я продолжаю пытаться, Анна? - грусть подавляет ее мягкий голос.
И когда я осмеливаюсь взглянуть на нее, то вижу, что морщинки вокруг ее глаз углубились.
- Нет, я не нашла свою любовь, - говорит она. - Не ту, что длилась бы по сей день. Пока что нет. Но она существует. И мне больно думать, что из-за моих ошибок и промедления, ты стала такой циничной.
Все мое лицо заливается жаром и покалывает от сильного желания заплакать. Чертов ад, никогда не плакала так много за всю свою жизнь, как за последние несколько недель. Ненавижу это. Ненавижу тот огромный ком сожаления и отвращения, что поселился у меня в животе. Притягивая колени к груди, я обнимаю сама себя. Однако, мне по-прежнему холодно, я не ощущаю опоры под ногами, словно утратила что-то важное.
Голос моей мамы становится резким.
- Мне ненавистно говорить тебе это, но сейчас ты напоминаешь мне своего отца.
Это словно удар в живот. Я резко выдыхаю.
- Это низко. И несправедливо. Я не похожа на него ни в чем. Ни в чем, - я так сильно старалась быть не похожей на них обоих.
Она поджимает губы и приподымает брови. Мама знает, что буквально повалила меня на колени. Я расплачиваюсь за то, что сказала ей. Даже если она не признается в этом.
- Ну, - говорит она, - он тоже сдался, когда все стало сложным.
