– Андрей! – Таша начала улыбаться во сне. Просыпаться не хотелось. Он был сейчас рядом и даже держал её за руку.
– Тише, моя девочка, спи! Всё хорошо!
Вот же он рядом, и у него такая большая и горячая ладонь.
– Доктор, почему у Таши такие холодные руки? – услышала она тихий голос Королева, – это нормально?
– У девушки низкое давление, а потому руки холодные, – последовал ответ Антона Павловича.
А вот услышав эти две фразы, Таша распахнула глаза.
– Андрей?
– Антон Павлович, Вы знаете, у меня к Вам конфиденциальный разговор.
Давайте выйдем? – голос Егора звучал где-то справа. Звук открываемой двери, ответ врача уже за дверью, а потому слабо слышен. Таша не могла заставить себя оторваться от глаз Андрея.
– Так ты мне не снишься? – она сжала руку Королева со всей силы, чтобы удостовериться, что вот он, во плоти, рядом и даже держит её за руку.
– Нет, девочка моя, не снюсь, – он улыбнулся усталой улыбкой, – как ты?
– Врач сказал, что могу завтра ехать домой. Денис обещал приехать, забрать меня из больницы.
Таша смотрела на Королева и не могла на него наглядеться:
– Ты здесь, ты пришел…, – Таша вдруг почувствовала, что от угла глаза по виску, рискуя затечь в ухо, потекла слеза.
– Ну что ты, девочка моя! – Андрей стер слезу большим пальцем другой руки, – конечно, я пришел. Разве я мог не прийти к своей будущей жене?
– Что? Андрей, ты… – Таша задохнулась от нахлынувших чувств и мыслей, – ты не должен… Не надо так…
Она попыталась забрать свою руку из его такой большой и теплой ладони.
Андрей сжал сильнее, а потом вдруг одним движением сел на кровать, взяв Ташу как маленького ребенка в коконе одеяла и усадив её к себе на колени.
– Девочка моя, прости меня. Это из-за меня ты пострадала.
Андрей не целовал Ташу. Он просто обнимал. Обнимал так крепко, что она слышала, как стучится в её грудь его сердце. Нет не так. Их сердца стучали синхронно.
– Я слышу твоё сердце, – шепнула Таша.
– Да, я тоже слышу твоё, девочка моя, – шепнул он куда-то в её макушку.
Глава 29
Андрей.
Утро началось, как обычно, звонком будильника.
А с ним пришло осознание того, какой сегодня день. Сороковой день без Аннушки. Сегодня её душа в последний раз облетит любимые и дорогие ей места здесь, на нашей планете и покинет её.
Не знаю, куда попаду я, а она точно в Рай. Я в этом уверен.
Отмучилась, моя родная.
Родная, да. Жена, друг, мать моего сына, надежный тыл. Четверть века пролетело как один день, вместе в горе и в радости. Так что, да, родная.
Душ. Щетина.
