Кожей почувствовала его первый взгляд, когда Айдар вышел из спальни. «Привет» застряло в горле. Все настолько неуместно…
Он тоже не здоровался. Поманил пальцем. Я, как на веревочке…
Меня одновременно приворожили и принудили. И я не знаю, что сильнее.
Подошла. Вздернула подбородок. Хотела ляпнуть что-то, но не придумала. Пусть не тешит себя иллюзией, будто я уже сдалась…
Да он и не тешит. Смывает зарождающийся во мне песчаный вихрь мощной волной.
За затылок тянет на себя. Жмет губами губы. Раздвигает. Толкается. Дальше — кровать, сброшенные вещи, голые тела.
Разворот лицом к спинке кровати и толчок членом между влажных складок.
Приятней трахать женщину, которая течет и кончает.
Скажи, что тебе приятней трахать меня, дурак! Ну скажи ты!!!
Плещу в лицо водой. Трезвею. Достаю из косметички свой стандартный набор. Старательно отбрасываю мысли о том, на кого сейчас смахиваю. Чей образ жизни веду.
Без разницы. Свой веду.
После Айдара — к Аллочке. Забрать малышку, вдвоем поужинать. Поболтать, посмеяться, спать укладываться будем.
Я, Сафие и ее новая большая любовь — подаренный отцом громадный плюшевый заяц.
Теперь мне точно нет места в ее кровати.
Он и туда забрался.
Завтра — непростая встреча с Миллерами. На неделе — несколько заказов. У машины почему-то время от времени загорается одна из лампочек. Нужно заехать на СТО. Дел — куча.
Секс с бывшим мужем — всего лишь одно из них.
Беру себя в руки, миллион и один раз проверяю, как выгляжу. Только после этого выхожу из ванной в просторный холл.
Я могла бы показательно продефилировать мимо открытой двери в спальню. Взять свои вещи и с хлопком двери свалить. Напомнить Салманову свое отношение. Но вместо этого замираю и прислушиваюсь.
Нам бы еще поговорить…
Слышу еле-уловимый шелест одежды. Подозреваю, Айдар стоит. Тяну носом воздух — намека на табачный дым нет. Значит, успел вернуться, одеться…
От мыслей, что стоит сейчас рядом со смятой нашим сексом кроватью, желудок скручивает.
Страшно спросить, кто я для него теперь. Об этом мы еще не говорили.
Только трахаемся.
Те самые брюки Айдар больше не надевал. Видимо, одного показательного раза достаточно. А может самому не понравилось.
Я же поняла, что это было. Бессловесное: будешь делать всё, что я хочу. И так и есть.
Делаю всё.
— Алло, привет, Слав…
Слышу его голос — дыхание учащается. Это он по телефону. С кем-то… Не вызывающим в нем столько отрицательных эмоций, как я.
Даже тон другой. Из прошлой жизни.
Я помню его. С жадностью впитываю.
