Не пьянчужка, не наркоманка. Да, живем мы на съёмной квартире, но у меня есть сбережения, бизнес, имя и честь. В обычных условиях этого более чем достаточно, чтобы навязывать отцу ребенка свои правила. В моих… Это ничто.
Если бы я не запретила себе когда-то испытывать любые эмоции к своей семье, сейчас кляла бы отца последними словами. Ведь это он отдавал меня именно такому Айдару. Жестокому, когда хочется. По отношению к тем, к кому хочется.
Ни у кого не было уверенности, что не захочется по отношению ко мне.
И вот.
Я связала нас теснее некуда. Ребенком. За это придется расплачиваться. Собой.
Как и всегда вечерами, мы с Сафи лежим в ее кровати. Читаем сказку. Иногда она просит прерваться и задает вопросы. Болтаем о жизни.
Удивительно, но поездка в Италию ее больше не интересует. Все, что нужно было, приехало из Италии к нам.
На холодную голову, чуть отойдя, я поговорила с ней о поведении в парке. Не била, не наказывала, не угрожала, но к… М-м-м… Совету Айдара прислушалась. Была жестче обычного.
Оказалось, это не страшно. Мне стоило заняться этим намного раньше."
"В родительском дуэте кто-то обязательно берет на себя функцию авторитета, чье требование не подлежит обсуждению. В моем случае сольного исполнения родительской партии я должна была научиться исполнять обе.
Просто сложно…
Когда хочешь дать ребенку всё — любое ограничение кажется излишним. В моменте. А потом твой ребенок несется под колеса машины…
Вспоминаю об этом. Жмурюсь. Прокашливаюсь и продолжаю читать.
Сафичка уже дремлет.
Еще немного и можно оставлять в книжке закладку.
О том, что Айдар ее отец, она еще не знает. Но ко встрече с ним мы готовимся. Начнем втроем. Потом я постараюсь найти в себе силы и дать ему возможность проводить с ней время наедине. Понимаю ведь, что я — раздражитель. Он видит меня и хочет задеть.
Я его — нет. То, что хотелось бы мне, кажется совсем нереальным.
— Мамуль, я уже сплю. Давай ты меня просто обнимешь и мы полежим…
Сафи просит, отмахиваясь от книжки вялой ручкой.
Я слушаюсь, конечно. Привыкла слушаться.
Откладываю сказки. Обнимаю ее сильнее. Утыкаюсь в макушку и смотрю в пустоту.
Вспоминаю невпопад, как Айдар рассказывал мне о своей первой жене Даше. У них нет общих детей. Последние месяцы брака были очень напряженными. Склоки. Обиды. Оскорбления. Они расстались, почувствовав обоюдное облегчение. Сейчас не общаются, но Айдар не держит на нее зла. Она счастлива — он вроде как рад за нее.
А про меня такого не скажет.
