— Подумай, будет удобней, чтобы я ее забирал на выходных или на протяжении недели. На выходных мне, конечно, предпочтительней.
— Тогда на выходных. Я согласна. И на протяжении недели. Когда захочешь.
Кивает.
Молчим.
Снова смотрит мне в глаза:
— Насчет денег не волнуйся. И с работой я тебя не тороплю. Восстанавливайся. Если захочешь открыть ателье или возобновиться на учебе…
Я знаю, что он поможет. Теперь — всегда и во всем. Но слушать это всё равно тяжело. Чувствую себя ужасным человеком. Киваю, тем самым перебив.
— Я скажу тебе.
— Спасибо.
Новая порция тишины становится невыносимой. Тянусь через стол. Касаюсь руки. Ищу взгляд.
— Прости меня за то, что наговорила. — Я совершенно искренна сейчас, но в ответ получаю улыбку.
— Но ведь ни словом не соврала?
Мы оба знаем, что нет. Мои страхи даже утрированными не назовешь. Они реальны. Он это понимает. Но и меняться я его не попрошу. В этом нет смысла. Мы — вот такие.
Он перехватывает мою руку. Поднимает над столом. Тянет.
Просит обойти и я даже не думаю ослушаться.
Вчера боялась близости. Сегодня греюсь, оказавшись рядом. И так будет еще долго. И срывы будут. А потом что? Смирение или новый слом?
Все эти вопросы излучают мои глаза. В его я вижу их же. А еще понимание. Степень нашей вины в случившемся сложно определить. Но последствия — все нам. Сколько бы и кому мы не мстили.
Смело ступаю между мужских бедер. Наши лица на одном уровне сейчас. Это редкость.
Он смотрит на меня с жадностью, но борьбы я в нем не вижу.
Он принял решение. Свои решения он уважает.
Гладит по волосам. Ведет по щеке. Тормозит на губах. Ласкает взглядом. Обводит подушечкой.
— Я сам себя убедил, что у тебя обязательно получится меня простить. Долго отрицал очевидное. А по тебе же видно было, что нет. Ты в этом не виновата. Спасибо, что попробовала.
Очень хочется позволить выступить слезам. Они душат. Но я держусь. Наказывать его собственной беспомощностью не хочу.
Вместо внятного ответа — судорожно киваю. Мой взгляд остается внизу.
— Я взял тебя в жены трогательной девушкой. Вообще не думал, какой ты станешь, а ты выросла в невероятную женщину. Терпеливую, мудрую, гордую. Сильную. Выше меня на голову. И дочку мне такую же вырастила.
Его похвалы всегда трогают особенно сильно. Только его, пожалуй, и трогают. Сердце отзывается тугой болью. Глаза все же становятся влажными.
— Спасибо тебе за это. Правда в том, что я нуждаюсь в тебе сильнее, чем во мне нуждаешься ты.
