На скуле кровоподтёк, глаз заплыл.
— Отвезёшь меня в клуб? — спрашивает Марат.
— Сейчас?
— Да, это срочно.
— Оденься! Таня, — отчим смотрит на меня, и я вздрагиваю. — Позаботься о маме, пожалуйста.
— Да… Но…"
"Меня не слушают. Один из мужчин идёт к автомобилю, второй вбегает в дом. На земле передо мной лежат тапки, валяется покрывало. Мама, обхватив себя руками, тихо плачет. И я иду к ней, прижимаюсь.
— Прости. Я не думала, что всё так обернётся.
— Ты вообще не думала, — зажмуриваясь, шепчет она, и по щекам снова текут слёзы.
Проглатываю боль обиды и осторожно веду маму к дому. Она маленькая, хрупкая, похожа на девочку, а я большая и полная. В этот момент ощущаю себя взрослее её и направляю к кухне. Стараюсь не думать о Марате и его отце, не беспокоиться о том, что случилось в клубе, и зачем приехал тренер. А тем более не собираюсь переживать о жестоких словах.
Мужчины сами разберутся.
А сейчас мне предстоит утешить маму, которая в ужасе от всего происходящего. Следуя совету отчима, завариваю чай и ставлю на стол.
Мама продолжает тихо плакать, и я придвигаю чашку ближе.
— Вот. Дамир просил напоить тебя чаем.
Услышав имя мужа, она поднимает глаза, и на миг лицо её светлеет. Я рада, что у них всё так серьёзно, поэтому надеюсь, что мама поймёт меня. Когда она осторожно отпивает, собираюсь с мыслями, а потом тихо сообщаю:
— Утром я съеду. Буду жить отдельно.
Мама со стуком ставит чашку и смотрит на меня с негодованием:
— С ним?!
— Возможно, — мягко улыбаюсь и тянусь к её руке, чтобы ласково пожать, но мама отодвигается.
Вздыхаю: — Я уже не ребёнок, мама.
— По поступкам так ещё совсем дитя! — резко отзывается она и отворачивается, будто не хочет на меня смотреть.
Это больно. Но я не собираюсь отступать. Не знаю, что меня подвигло на решительный разговор с мамой. Может, поведение Марата, который живёт так, будто никогда не покидает ринг. Или компьютерные игры научили меня двигаться к цели, невзирая на поражения?
Я всегда добивалась поставленных задач. Для других. Теперь же мне хочется бороться за себя.
За свою жизнь. И свою любовь.
— Это ты хочешь так думать, — говорю тихо, но твёрдо. — Потому что боишься за меня. Не желаешь, чтобы мне сделали больно.
Мама шумно вдыхает и быстро моргает, будто не желает поддаваться эмоциям. Её задели явно мои слова, но всё равно смотрит в сторону. Я придвигаюсь и всё же ловлю её ладонь в свои, мягко сжимаю.
— Мам, я уже взрослая. Позволь мне совершать свои ошибки.
Упрямо поджимает губы, но и я не сдаюсь.
