— Выходит, что никто из парней и в подмётки не годится Марату, — самодовольно подытоживает она и бросает так снисходительно, будто лично тащила меня на своём горбу: — Слабаки!
— Да она скользкая была, как мокрый тюлень! — возмутился прихрамывающий Иван. — Я бы и один справился, но не мог нормально ухватиться.
— Ты кого тюленем назвал, ушлёпок? — злится Лола.
— Э… — он виновато улыбается и отступает, не желая портить отношения со второй красавицей университета, лишь бы доказать первой, что не слабак. — Я не имел в виду её комплекцию.
Прости, Тань. Ты не обиделась?
Смотрит заискивающе.
— Обиделась, — честно отвечаю я и усмехаюсь. — Но теперь это не важно. Староста — Марат. Вот перед ним теперь и трепещите. Ясно?
Решительно расталкиваю всех и иду обратно в женскую раздевалку. Подруги следуют за мной и пытаются утешить. Я молча стягиваю с себя мокрое и закидываю в мешок. Принимаю душ и одеваюсь, хотя всё тело стонет и жалуется на отсутствие сил, упрямо бреду в главный корпус.
— Идём в столовую? — нарочито весело предлагает Лола.
Я мотаю головой, у меня сейчас кусок в горло не полезет. В голове крутится калейдоскоп самой ужасной физкультуры, которая только была у меня в жизни, и даже позор первого курса отходит на второй план.
— И куда только Майгуров улизнул? — сочувственно посматривая на меня, ворчит Даша. — Устроил цирк с конями и сбежал!
— Скорее это я цирк устроила, — мои губы подрагивают в улыбке. Даже если у меня нет сил, но чувство юмора осталось.
Смотрю на девочек и добавляю: — И конь был только один, но скакал так, будто сбежал от всадников Апокалипсиса!
Подружки начинают хихикать, и Лола добавляет:
— Скорее Слейпнир… Помните, на мифологии рассказывали про восьминогого жеребца!
Мы уже хохочем в голос, как Даша отзывается:
— А по мне, так Сивка-Бурка и Иванушка Дурачок в одном кентавре!
У меня от смеха текут слёзы, и на душе становится легче. Подумаешь, стала посмешищем университета! Кто-то улыбнулся, кому-то жить веселее стало.
А от меня не убудет!
Вхожу в столовую, полную гула голосом и устало плюхаюсь на одну из лавочек, как внезапно устанавливается тишина, и все смотрят на меня. Приподнимаю бровь:
— Что? Не говорите, что я села на кнопку!
Сокурсники начинают посмеиваться, и Вера шепчет на всю столовую:
— Вообще-то да. Ты не почувствовала?
По моему состоянию после жуткого забега, я с тем же успехом могла с размаху сесть на игольчатый коврик йога, и не понять этого.
