Осталось только сердце свое заполошное успокоить и настроиться на разговор. Стучусь несмело в дверь, не дожидаясь разрешения, открываю ее и заглядываю. Давлюсь воздухом от той картины, которую вижу перед собой. Отпрыгиваю от дверей и что есть сил на непослушных ногах бегу обратно в свою комнату.
Стараюсь стереть из головы эти ужасные картинки, но они настойчиво стоят перед глазами. Там в кабинете на столе сидела его жена в одном шелковом халате, а Егор стоял очень близко к ней между ее раздвинутых ног. Хорошо хоть я зашла до того, как они начали…
Это больно.
Я была уверена в последнее время, что мне все равно. Нет, не все равно. Я не смогу изо дня в день смотреть на все это. Они будут трахаться в каждом углу этого дома, а я потом по частям буду себя собирать. Это кажется мне мерзким и противным, не смотря на то, что они муж и жена.
Меня снова передернуло от воспоминаний и я плотнее запахнула на себе халат. Что же мне теперь делать, как мне выловить его одного и поговорить с ним?
Вылавливать мне никого не пришлось, потому что в следующую минуту Егор без стука влетает в мою комнату.
— Какого хрена ты так не вовремя приперлась в мой кабинет? — злобно выговаривает мне, а сам неотрывно скользит по мне взглядом.
Перед тем, как идти к нему я долго думала, что надеть. Боялась, что в последний момент перед моим уходом, он догадается о беременности. Хорошо, что выбрала домашнюю одежду, она была свободной и объемной.
— Мне нужно было срочно поговорить с тобой, — нерешительно отвечаю, — извини, что помешала.
— А до утра подождать никак было? — спрашивает с издевкой.
— Утром мне надо на съемки, — вижу, как его брови ползут вверх в удивлении.
— Ну и? — нетерпеливо спрашивает.
— Мне надо уехать, Егор. Надолго. Мне предложили контракт, очень выгодный. Я согласилась, потому что мне надо как-то зарабатывать себе на жизнь.
Я замолкаю, потому что мне надо перевести дыхание, Егор тоже молчит, но я чувствую, как сгущается напряжение между нами. Он очень зол сейчас, значит, спокойного разговора точно не получится.
— Я уже говорил тебе, если ты уедешь, обратно в этот дом ты больше не вернешься. Ничего не изменилось.
— Егор, не будь таким жестоким, отпусти меня, — прошу со слезами в голосе, — Я здесь только мешаю всем. И дай видеться с сыном на отдельной территории. Я разве многого прошу?
— Я все сказал. Своих решений я никогда не меняю, — жестко обрубает мои просьбы.
— Как я буду жить в этом доме с твоей женой? — шепчу чуть слышно.
