А Людмила сейчас же затараторила:
– Ну, я же вам говорила! Ужасно просто! Ты хоть бы о брате подумал, брат приличный человек, а ты?!
– Да отстаньте вы, – лениво прервал ее Лукашенок.
– Разговорчики! – прикрикнул Перетурин. – Значит, на героине сидишь? После героина люди обычно в таком вот состоянии находятся, как он. А у нас в городе – это уже по сведениям ФСБ – героин составляет восемьдесят процентов всего оборота наркотиков.
– Ну и что? – снова лениво отозвался хозяин квартиры, которому действительно в этот момент было абсолютно все «по барабану».
"
"А меня охватил какой-то охотничий азарт. Мне казалось, что еще чуть-чуть, и Лукашенок признается во всех грехах, и таким образом загадка будет счастливо разрешена.
– Продолжаем осмотр, – тоном, не терпящим возражений, сказала я и решительно направилась к серванту.
Просмотрев его содержимое и не обнаружив ничего подозрительного, я обратила свое внимание на книжный шкаф.
– Да вы что, в конце концов, – не выдержал Лукашенок и попробовал рывком подняться с кровати, однако был тут же остановлен Перетуриным, который твердо осадил его.
Это было для меня подсказкой, как при игре «горячо-холодно». Пока было «холодно», Лукашенок сидел спокойно и не реагировал на происходящее. Реагировать он начал, когда я приблизилась к шкафу, и это означало, что здесь «горячо». Во всяком случае, мне очень хотелось оказаться правой.
– Так-так, – как бы разговаривая сама с собой, сказала я. – Книги… Хорошие книги, все больше классика. Драйзер, Теккерей, Жорж Санд… Хороший вкус, нужно заметить.
А что это Жорж Санд-то у тебя стоит так непонятно – семь томов утоплены, а три выдвигаются из общего ряда? Неужели читал? Сразу три тома? Женскими романами увлекаешься? Никогда бы не подумала!
Собственно, я и не настраивалась особо искать медальон Людмилы. В душе я надеялась, что Лукашенок причастен к исчезновению Вячеслава. И, принимая это предположение, думала, что смогу обнаружить что-то, что сможет его выдать.
Я отодвинула стекла книжного шкафа и стала выдвигать тома собрания сочинений Жорж Санд.
И в этот момент Лукашенок совершил маневр, который от него мало кто ожидал. Он рванулся ко мне, занося кулак для удара.
Однако на это неожиданно быстро среагировал Перетурин, совершенно непрофессионально, но весьма удачно, подставив хозяину квартиры подножку. Тот рухнул на пол, загремев костями. Я даже не успела перехватить занесенную руку Лукашенка, хотя уже инстинктивно подняла свою. Людмила громко ахнула.
