– Но мне так не нравится все это…
– Не можешь изменить ситуацию – измени свое отношение к ней, – назидательно посоветовала я.
– Слышу голос Тамары Тимофеевны Плевакиной, – съязвила Натка.
– Профессор психологии плохого не посоветует.
– Ладно. Что, говоришь, я должна изменить?
Я посмотрела на нее в сильном сомнении. Очень хотелось ответить: «Себя! Себя уже измени, пожалуйста! Будь серьезнее, ответственнее, не лезь в любую пахнущую сыром мышеловку…» – но я сдержалась.
Бесполезно же. Горбатого при жизни не исправишь.
И я ответила:
– Забудь про минусы и посмотри на плюсы. У Сеньки есть готовое портфолио с фотографиями и видеороликами. Он позанимался с преподавателями и научился чему-то полезному, получил хоть какую-то профессиональную подготовку. Ему даже дали свидетельство о пройденных курсах, ты права, не надо его выбрасывать, в нашей стране любая бумажка может пригодиться.
– А роль мы так и не получили, и на кастинг нас не позвали…
– Еще позовут, – сказала я с уверенностью, которой на самом деле не чувствовала.
Просто надо же было успокоить расстроенную мать будущего оскароносца.
– Значит, просто все эти роли были не для Сеньки, его ждет что-то особенное, – напророчила я. – Вот увидишь, все еще сложится, ты, главное, сама не кисни и не давай унывать сыну. Сашка говорит, если быть оптимистичнее, это обязательно притянет в жизнь позитивные перемены.
– Да Сашка…
– Здесь я! – донеслось из прихожей. – Мы вернулись, купили мороженое и мягкие вафли с карамелью…
– Вот! – в кухню примчался Сенька с пакетом и шваркнул свою ношу на стол.
– Эскимо надо быстро съесть, пока оно не растаяло! А вафли мы отнесли бабушке, она как раз такие очень любит…
– Что еще за бабушка? – Натка вопросительно оглянулась на Сашку.
– Классная бабушка, бывшая звезда, одна из супермоделей Советского Союза, мы заскочили к ней на минуточку, я со двора увидела, что у нее свет горит. – Сашка пробралась на свое место за столом и вдруг замерла, зависнув попой над стулом.
– Слу-ушайте, а это идея! И не простая, а гениальная! Вы бы слышали, как Ада Егоровна с Сенькой разговаривала – так серьезно, как с Познером! Решено: это он возьмет у нее интервью для нашего с Марусей фильма!
– Познер? – не поняла Натка.
– Сенька! – Натка шлепнулась на стул и зашуршала оберткой эскимо, полностью переключившись на десерт.
– Вот видишь! – сказала я опешившей сестре, похлопав ее по плечу.
