— Значит, сначала традиционная потасовка, а потом разговор. Люблю, когда все по порядку.
Нападавшие были профессионалами — координированные движения, хорошая экипировка, никаких лишних слов. Но против меня это не имело большого значения.
Первый атаковал с кинжалом, целясь в горло. Я отклонился назад, схватил его за запястье и развернул руку так, что он сам себя ударил рукоятью по виску. Нападавший рухнул без сознания.
Второй попытался зайти сбоку с коротким мечом. Я подставил ногу, заставив его споткнуться, а затем помог упасть, добавив легкий толчок.
Головой о стену. Еще одна спящая красавица.
Третий и четвертый атаковали одновременно с двух сторон. Я присел, уклоняясь от обеих атак, затем резко выпрямился, ударив одного локтем в грудную клетку, а другого — кулаком под дых. Оба согнулись пополам, а я аккуратно стукнул их лбами друг о друга.
Вся потасовка заняла меньше минуты. Даже скучно как-то.
— Милые ребята, — заметил я, переступая через бессознательные тела. — Жаль только, что не умеют драться.
Если ты хотела меня впечатлить, то стоило выбрать бойцов получше.
— Я знала, что ты придешь. Любой мужчина бы пришел, — самодовольный женский голос раздался сверху.
Как и ожидалось, девушка наблюдала. Сверху по мраморной лестнице спускалась Хлоя Монклер собственной персоной. Она была еще красивее, чем на фото — изящная фигура, иссиня-черные волосы, фиолетовые глаза. Одета в дорогое вечернее платье темно-красного цвета, которое подчеркивало каждый изгиб тела.
— Хлоя, полагаю? — вежливо поинтересовался я.
— Совершенно верно, — она грациозно сошла с лестницы. — А ты Дарион Торн. Тот самый мечник, который победил моего брата.
— Виновен, — согласился я. — Хотя он сражался достойно.
Хлоя улыбнулась, но улыбка получилась хищной."
"Она подняла руки, и воздух наполнился странным ароматом. Сладковатым, дурманящим, но с горьким привкусом. Из ниоткуда начали появляться цветы — темно-красные, почти черные, с длинными изогнутыми лепестками.
Ликорис. Цветы смерти.
— Красивая магия, — отметил я, наблюдая, как цветы формируют вокруг Хлои настоящий вихрь лепестков.
— Но немного мрачновата для леди.
— Мне нравится мрачное, — ответила она, и цветы устремились на меня.
Это была отнюдь не обычная растительная магия. Лепестки ликориса были острыми как бритвы, а их прикосновение несло что-то ядовитое. Они летели с такой скоростью, что рассекали воздух со свистом.
Я перешел к стойке Рассеивающегося Тумана, превратившись в размытую тень.
