Голдльюис выпустил еще одну серию выстрелов, но на этот раз активировал другую функцию оружия.
«Пронзающий Рассвет».
Винтовка выстрелила ослепительным лучом, который на мгновение ослепил женщину. Энергетический снаряд прошел сквозь защиту Изабель, оставив обугленную рану на ее боку.
Но некромантка только рассмеялась.
— Этого недостаточно, — сказала она, и рана на ее теле начала затягиваться. — Я питаюсь жизнью, глупец. Пока вокруг есть что-то живое — я бессмертна.
С этими словами она простерла руки, и из земли начали подниматься странные ростки — не растения, а нечто среднее между грибами и щупальцами.
Они пульсировали зеленоватым светом, высасывая жизненную энергию из самой почвы.
— Сад Вечной Жизни, — прошептала Изабель, и ее тело начало светиться, черпая силу из этих извращенных созданий.
Голдльюис понял, что обычные атаки здесь не помогут. Пока существует источник жизненной силы, некромантка будет восстанавливаться. Нужно что-то более радикальное.
Он активировал последнюю функцию «Ока Разрушения», зная, что это почти наверняка убьет его самого.
— Последний Выстрел, — произнес снайпер, чувствуя, как артефакт начинает поглощать не только его жизненную силу, но и саму душу.
Винтовка засветилась багровым светом, пульсируя в унисон с его сердцебиением. Голдльюис навел прицел на Изабель, готовясь к выстрелу, который должен был уничтожить не только тело, но и саму сущность некромантки.
Именно в этот момент сбоку возник Гаспар. Его копье пылало плазмой.
— Мне плевать на твои фокусы! — прорычал он, обрушивая оружие на Голдльюиса.
Снайпер успел уклониться от прямого удара, но плазменная волна задела его бок, прожигая доспех и плоть. Боль была невыносимой и все же он не закричал.
Голдльюис рухнул на колено, его концентрация нарушилась, а «Последний Выстрел» растворился в воздухе.
— Спасибо за помощь, дорогой, — промурлыкала Изабель, восстанавливая силы. — Хотя я бы справилась и сама.
— Не сомневаюсь, — отрезал Гаспар, не глядя на нее. — Но у нас заканчивается время.
Нужно закончить с этими и уничтожить храм.
Изабель кивнула и подошла к раненому снайперу. Ее руки светились зеленым — не целительным, а каким-то даже голодным светом.
— Не переживай, — сказала она с фальшивой нежностью. — Твоя жизненная сила послужит благородной цели. Я использую ее, чтобы стать еще сильнее и прожить дольше. Это будет прекрасное ее применение.
Но прежде чем она успела коснуться Голдльюиса, из храма донесся оглушительный грохот.
