«Сайга» для ближнего боя вещь хорошая, однако когда на тебя смотрят дула пары штурмовых «Бизонов», хорошо узнаваемых по объемному круглому магазину, да «бесшумка» «ПСС», пускать в ход дробовик особого желания не возникает. И ребята из внутренней охраны здания, похоже, также не стали рвать на себе тельняшки и бросаться врукопашную, раз штурмующие смогли без шума подобраться к залу.
Правда, не все были столь благоразумны. Неожиданно взревев, на окруживших десятиугольник людей в черном бросился Годзилла. Остальные «элитные» бойцы не стали проявлять свои боевые качества, а послушно потянули руки «в гору».
Что случилось с человеком-мастодонтом — нервы не выдержали или пыл схватки не угас, непонятно, однако, не обращая внимания на направленные на него стволы, громила бросился к выходу с ринга.
Казалось, никто и ничто не сможет остановить несущегося тяжелым танком Годзиллу. Неожиданно по негромкой команде стоящие у дверей десятиугольника раздвинулись, и в проеме остался стоять один боец.
Он был одет, как и все остальные, в черный комбинезон, жилет и шапочку-маску, закрывающую лицо. Правда, «Бизона» при нем не было, но за поясом торчал пистолет «П9», известный еще под названием «Гюрза». Хотя и был он на вид более крепок, чем остальные, и коренаст, в сравнение со спешившим к нему на рандеву Годзиллой совсем не шел. И росточком пониже, и в плечах пожиже. Но встреча произошла.
Случилось непонятное. Волна с маху ударилась об утес и, потеряв силы, упокоилась и мирно осела.
Не смог затоптать Годзилла стоящего в дверях человека. Только немногие из присутствующих заметили, что в момент встречи прошли два стремительных прямых удара в грудь и лоб великана. Первый остановил Годзиллу, второй — тван-чуан — вышиб из него решимость вместе с сознанием.
— Не сильно ушибся, Самсончик? — на ходу поинтересовался спешивший мимо него в десятиугольник боец с чемоданчиком, на котором был нарисован красный крест.
— Твоими молитвами, Андрюха, — пробасил Самсон.
— Обо мне не беспокойся, Вадьку вытаскивай...
Физическое сопротивление, толком не начавшись, сошло на нет. А вот морально пришлось побороться, хотя и тут перевес был на стороне штурмующих. Пришедший в себя Слуцкий закатил истерику, пугая всех карами земными, после которых небесные покажутся бабушкиными сказками. Попытался было подать голос думский сиделец, что-то пискнул бывший вицик, а советник самого просто представился, ожидая на это бурной реакции.
