Шестым или седьмым чувством он заранее знал, что они обязательно что-нибудь найдут. И ждал этой находки, и заранее страшился ее.
Комната Липы и гостиная уже были осмотрены. Сейчас оперативники переместились в спальню Марии Ивановны, и Зубов с некоторой тревогой следил за реакцией пожилой женщины, которая, как он знал, была нездорова. Ему не хотелось, чтобы ее разбил повторный паралич. Впрочем, Мария Ивановна держалась стоически и никакой нервозности не проявляла, по крайней мере, пока. В отличие от дочери.
– Вы можете мне хотя бы объяснить, что именно ищете? – спросила бледная до синевы Олимпиада, которая сидела на самом краешке кухонного стула и то сплетала, то расплетала пальцы.
– Улики, свидетельствующие о том, что вы имеете отношение к совершенным преступлениям, – ровно сказал Зубов. – Следствие располагает данными, что вы отлучались со своего дежурства в ночь, когда были убиты Михаил Бабурский и Игорь Зябликов. Вас видели рядом с выведенной из строя машиной Егора Ермолаева, соседи опознали вас, когда вы зачем-то проникли в квартиру Евы Бердниковой, и у вас были все причины, чтобы ненавидеть свою сводную сестру настолько, чтобы сначала убить ее, а потом перевести на нее подозрения в совершенных убийствах.
– А зачем мне было ее подставлять, если к тому моменту я, по вашему мнению, ее уже убила? – спросила Олимпиада. На ее бледных щеках теперь горели два ярко-красных пятна, как у чахоточной. – Вы не понимаете, как сами себе противоречите?"
"– Отнюдь. – Зубов поймал себя на мысли, что, пожалуй, сейчас ненавидит сидящую перед ним женщину.
Из-за нее и ее действий он тревожился за Анну, причем тревожился так сильно, что сейчас, когда напряжение потихоньку отпускало, он чувствовал, что не может сдержать рвущуюся из него наружу ненависть. – Отнюдь, Олимпиада Сергеевна. Вы, как врач, даже лучше меня знаете, что в действиях психически нездоровых людей трудно искать логику. Конечно, я не могу этого утверждать до тех пор, пока вы не пройдете судебно-психиатрическую экспертизу, но вы явно нездоровы.
Юношеское предательство Евы нанесло вам слишком сильный удар, который ваша психика не смогла компенсировать. Это вас, а не вашу сводную сестру следовало вовремя лечить, но этого никто не заметил, и вы натворили немало бед. Что ж, пусть поздно, но мы вас все-таки остановили. И не думайте, что ваш друг Крушельницкий сможет вас спасти. Думаю, что его кандидатура получит отвод на ваше освидетельствование.
– Все, что вы говорите, очень смешно.
