Как сука? Как с этим жить?
И еще мне каждую ночь снилась Ангелина.
Я выгнал ее, когда она приходила в клинику. Не мог ее видеть, и в глаза ей посмотреть не мог. Казалось, у меня на лбу выбита свежая татуха: «Импотент». И что она сразу все поймет, как только меня увидит.
Мать думала, я из-за нее в поворот не вписался, типа перенервничал и не справился с управлением. Нашла у меня дома вещи Ангелины, Артур рассказал, что она у меня жила. А я еще и звал ее, пока в реанимации был, вот маман и нарисовала себе картину маслом.
Это только она могла до такого додуматься, мне бы и в голову не пришло. Я всегда, в любом состоянии себя контролировал и следил за дорогой. Здесь отчим мой, сука, постарался.
Его взяли практически сразу, он и не особо отпирался. Мать выставила на продажу дом, сама переехала в город. Я не приглашал ее к себе жить, она и не напрашивалась. Купила квартиру недалеко от моего дома и продолжала меня реабилитировать.
Но только нихуя у нас не выходило.
И я сдался.
Не сразу сдался, постепенно. Стало похуй на все. Массажистку послал, на тренировки забил. Случайно встретил старого знакомого по спортивной школе Никиту Топольского, эта встреча внесла в мою жизнь определенное разнообразие. Ему нужна была помощь, а у меня оказалось слишком много свободного времени.
Но Топольский уехал, и я совсем потерял интерес ко всему без исключения.
Мать каждый день плачет, просит вернуться к тренировкам, а я не могу. Ничего не могу, чувствую себя бесхребетным существом.
Медузой. Сегодня она снова приходила.
— Демьян, сынок, так нельзя, — пробовала меня уговаривать. — Ты должен вернуться к жизни. Посмотри, на кого ты похож! Давай хотя бы побреемся…
— К какой жизни? — я не удержался и вызверился на мать. — К какой жизни ты хочешь, чтобы я вернулся? К той, которой сейчас живу? Лежачий бесполезный кусок дерьма — это ты называешь жизнью?
«С обвисшим членом» добавлять не стал. А надо было так — бесполезный лежачий кусок дерьма с обвисшим членом.
Но я ее пожалел, все-таки она моя мама.
— Не говори так, сынок.
Она ушла в слезах, а я закурил прямо в постели. Похуй, что все провоняется сигаретным дымом. Раньше меня это бесило, а сейчас похуй, вот правда.
Все, что раньше казалось правильным, сейчас выглядит мелко и несущественно.
Мне было важно влюбить в себя Ангелину, чтобы ее потом послать.
Теперь хочется выть, глядя в задымленный потолок.
