Но снова говорить про деньги не стала — вдруг наш мальчик опять затаит на меня обидки? С ним нужно поласковее, как с диким зверем, которого нужно приручить.
Мне вдруг вспомнилась картина с изображением коня в его спальне, и я хмыкнула. Будем считать, что я объезжаю дикого коня.
В итоге я заказала грибное ризотто, кофе и десерт — горячий грушевый пирог. Настоящий мужчина Олежка Владыко решил расправиться со стейком из мраморной говядины, а на первое ему принесли сливочный крем-суп из шпината подозрительного нежно-зеленого цвета.
Посредине плавали кедровые орешки.
— Такое чувство, что туда кого-то стошнило, — глянув в тарелку, сказала я и тотчас удостоилась еще одного неприятного взгляда Олега. — Что? — спросила я. — Вы же знаете, что туда никого не тошнило, это все из-за шпината. Максимум туда повар плюнуть мог.
— Татьяна, вы можете есть молча? — сдавленным голосом попросил Олег. — У меня слишком развита фантазия.
— Я не люблю молчать, — призналась я и попробовала риззото — оно оказалось потрясающим. — М-м-м, вкуснотища, Олег Владимирович.
Хотите попробовать? — спросила я, взяла чистую ложку и, от души зачерпнув риса, протянула ее — так, что она почти касалась губ Владыко. — Ну же, попробуйте!
Олег отвел мою руку в сторону, и по моему запястью вдоль к предплечью пробежали неожиданные мурашки.
— Мне не показалось? Вы хотите накормить меня с ложечки? — подозрительно спросил Олег.
Я кивнула.
— И зачем?
— Теперь я понимаю бабушку… Когда кого-то любишь, всегда хочешь его вкусно накормить.
— Вы так сильно меня любите? — уточнил Олег, ловко орудуя ножом и вилкой.
Я неопределенно пожала плечами.
— Как знать. Но чувства к вам растут изо дня в день.
— Знаете, Татьяна, я вами восхищен. Еще пару дней назад я был уверен, что вы — ненормальная, и что ничего не сможет заставить меня общаться с вами. А теперь мы вдвоем сидим в ресторане и ужинаем. Не удивлюсь, если через пару месяцев у меня на пальце окажется кольцо, — по-доброму усмехнулся Олег. Может, от своего мяса подобрел?
— Раз вы об этом думаете, Олег Владимирович, то я могу быть спокойна — я оставила в вашем сердце слишком глубокий след.
— Я бы сказал, рану. — Олег вдруг подцепил кусочек мяса на свою вилку и протянул мне. У меня от изумления вытянулось лицо.
— Вы чего, Олег Владимирович? — спросила я шепотом. — Заболели?
— Ешьте, вкусно, — явно издеваясь, сказал Владыко. — Ну же. Открывайте ваш очаровательный болтливый ротик.
Ага, щас, открою. А вдруг ты заразный? Непонятно каких баб целуешь.
