— Думаете, вы настолько значимы? Да, вы обученные бойцы, но с вами может быть слишком много мороки. У нас и своих воинов хватает.
— Это правда, что на Наследника отозвались камни Равинора?! Покажите нам — и тогда всё это не будет иметь смысла! Я сам присягну ему! — слышу вдруг взволнованный голос того тихони со шрамом через глаз.
— Две недели на постройке укреплений, — спокойно повторяет Иво. — И потом у вас может появиться шанс увидеть всё своими глазами. А теперь правила…
Желтоглазый Иво принялся перечислять нам длинный перечень обязательных правил жизни в крепости.
Несмотря на то что мы будем жить, работать и есть под постоянным надзором, за любые попытки побега, неуважение к остальным, приставания или невыполнение дневной нормы полагались тяжёлые наказания.
— Смотри. Видишь вон там, наверху, на галерее? Красивая девка, — шепчет Отто, стоя рядом со мной. Я поднимаю голову, прослеживая направление его взгляда.
И действительно, на верхней галерее стоит высокая, хотя, конечно, пониже меня, светлокожая девушка с иссиня-чёрными волосами, собранными в роскошную толстую косу почти до колен.
На ней долгополое плотное платье, расшитое витиеватыми узорами, стянутое на талии и груди массивными серебряными застёжками. Сверху наброшен тёплый меховой плащ с тонкой золотистой каймой, подчёркивающий её аристократический статус.
На её красивом лице отчётливо читаются злость и боль, когда она смотрит в сторону главных ворот. Там, вдалеке от нас, видна суета: стражники выстраиваются, пропуская вперёд…
— Ты меня слушаешь, коротышка?! — внезапно обращается ко мне Иво, заметив, что я даже не смотрю в его сторону.
«Коротышка» — это сильно. Я была самой высокой женщиной из всех, кого встречала, и хоть я уступала ростом многим мужчинам Айзенвейла, назвать меня «коротышкой»…
— Да, — сиплю я, кивая.
— Не слышу! Говори нормально!
— Да, — повторяю так же сипло. Ни за что не стану отвечать во весь голос.
— Дан переболел в детстве, не может говорить в полный голос, — заступается за меня Отто, и я бросаю на него благодарный взгляд.
— Зачем нам такие слабаки? Может, отправить тебя на кухню? — Иво подходит ко мне поближе, пристально оглядывая. А после я замечаю, как его глаза чуть расширяются.
Он понимает, что я выгляжу подозрительно хорошо, несмотря на то, что чуть больше суток назад он сам участвовал в нападении на меня. Наверняка он помнил мои ранения.
— Нет. Я справлюсь, — сухо отвечаю я, по-прежнему почти без звука.
