Он подскочил ближе, его взгляд был встревоженным. — Ты обманешь смерть ещё раз. Как всегда. Поклянись.
Надо же, похоже, кто-то волнуется. Конечно, ведь до этого мы всегда отправлялись на смерть вдвоём.
— Клянусь, — тихо шепчу я и проскакиваю в дверь, которую Эрик быстро открывает.
Я почти бегом ухожу вглубь и вбок внутреннего двора, истерично размахивая горящей палкой, и делаю это вовремя — десятки тёмных силуэтов тут же проносятся мимо, бросаясь к двери, но стараясь держаться подальше от пламени.
Эрик успевает закрыть её в последний момент.
"
"Меня пробирает дрожь от звуков, что издают берсерки — звериное рычание, низкое, глубокое, поднимающееся из самых грудных глубин, иногда переходящее в вой.
Они же… люди.
Где-то там, глубоко, они люди.
Что случилось с ними? Как они стали такими? Сколько они уже живут в этом состоянии?
Меня они не трогают, хотя время от времени кто-то оборачивается, оглядывая меня из-под спутанных волос. У многих бороды и волосы доходят до колен, хотя растительность страдает в постоянных драках, из которых берсерки, кажется, почти не выходят.
— Спокойно… — тихо шепчу я себе, двигаясь вдоль стены к широкому входу в центре двора, ведущему вниз, в святилище.
Я старалась даже не смотреть на десятки огромных берсерков, что бродили по двору, иногда рыча друг на друга. Несколько из них следовали за мной, но не приближались, и если что, я была готова сжечь их всех к чёртовой матери.
Интересно, тогда они на меня нападут?
Дверь в святилище поддалась не сразу — её не открывали, наверное, сотни лет.
Я с трудом сумела сдвинуть её буквально на несколько сантиметров, чтобы протиснуться внутрь. Перед тем как исчезнуть за дверью, я помахала горящей палкой, не зная, заметят ли мой знак друзья.
Пока всё шло отлично.
Внутри, за дверями, меня ждала знакомая картина — десятки, сотни истлевших тел, разложившихся до полной неузнаваемости. Здесь явно никто не появлялся уже очень давно.Мощные деревянные щиты ещё можно было различить, вместе с символами погибшего клана, и этот знак пробудил во мне что-то глухое, тянущее, тяжелое.
Что с ними случилось?
Если в этом клане часто рождались берсерки, и если теперь их здесь так много, возможно ли, что иные не уничтожили легендарных бойцов Севера, как мы всегда думали?
Могли ли они сделать с ними нечто такое, что свело их с ума, а затем запереть за стеной, оставив жить в этом зверином, безумном состоянии? Но даже если так, они давно должны были вымереть — хотя бы банально от старости.
