В центре – жилая изба, впритирку – сарай, напротив, через двор – скособоченная баня с трубой, курятник. Хутор лежал в седловине между покатыми холмами – его окружал зеленый массив. До линии фронта – километра три.
Еще не светало, но уже проступали бледные очертания окружающих домов и деревьев. Кольцов и Караган лежали на холме со стороны дороги, заросшей сорной травой. Остальные – на противоположной стороне. Упускать диверсантов не хотелось. Условный сигнал – двойное карканье вороны.
Первыми нарисовались «электрики».
Шевельнулись кусты вблизи дороги, появился расплывчатый контур. Вышел человек, постоял, послушал. За ним показался еще один. Тени заскользили к хутору, вошли во двор. Ограда, похоже, отсутствовала.
Один направился к жилому строению, скрылся внутри. Его спутник поднялся на крыльцо, закурил. На нем была длинная накидка, на голове – капюшон. Под накидкой что-то выразительно выпячивалось.
– Начинаются вечера на хуторе, – прошептал Караган. – Почти по Гоголю – без бутылки не разобраться…
Прошло минут пятнадцать.
Субъект в накидке растворился в доме, потом оба вышли. Откуда взялись еще двое, Павел не заметил. Словно из ниоткуда материализовались, вошли во двор. Такие же закутанные, невнятные, исчезли в доме. А потом на дороге показалась еще парочка. Словно не шли, а плыли, не касаясь травы. Пропали из вида, потом опять возникли – теперь во дворе. Там что-то происходило, бубнили голоса, вспыхнул огонек папиросы.
Павел напрягся. Атаковать рискованно, одних убьют, другие разбегутся, потом не соберешь.
Будут потери, а это недопустимо. И хотя бы одного надо брать живым. И действовать быстро – они не будут долго прохлаждаться на хуторе!
Он подался к Карагану, зашептал ему на ухо. Тот отстранился, передернул плечами.
– Командир, ты серьезно? Но это самоубийство…
– Зависит от вашей расторопности. Попробую их отвлечь. Займете позиции – жду сигнала, он прежний. Пробирайся к нашим, все им расскажи, будьте осторожны…
– Товарищ майор, но это неправильно, – жалобно протянул Караган.
– Это авантюра, мы не можем гарантировать вашу безопасность…
– Все, ползи, слушать тебя не хочу.
Спорить с командиром было бесполезно. Караган растворился в темноте. Павел тяжело дышал, усмиряя разгулявшееся сердце. Решение принято, отступать нельзя…
Он появился в светлеющем пространстве через пять минут. Шел, покашливая, руки по швам. Его услышали, во дворе стало пусто. Он перешагнул через поваленный плетень, вошел во двор.
