Не связан, она сказала!
Знай Ди, что этот лже-Лоренс работает на ее тетушку, она бы даже не посмотрела в его сторону, будь он хоть трижды красавчик. А он, черт возьми, и был трижды красавчик! Но она бы сдержалась, во что бы то ни стало сдержалась…
И не то чтобы Диана когда-то особенно пеклась о своей репутации… Ну ладно, пеклась в меру возможного и всегда делала то, что считала допустимым. Это отец отчего-то вдруг решил, что ей следовало вести монашеский образ жизни. Но тем не менее связаться с каким-то там управляющим, да еще и поместьем ее же тетушки — это уже было за гранью добра и зла.
Да и вообще — за гранью!
И если произошедшее станет достоянием общественности…
— Дорогая кузина, ты меня слушаешь?
Диана отвлеклась от тарелки с нетронутым супом, на который, задумавшись, кажется, смотрела уже несколько минут, и вскинула глаза. Сидящий напротив Себастиан лучезарно улыбался. Его собственная тарелка была уже почти пуста.
Ди смущенно улыбнулась и сразу схватилась за ложку.
Это же надо было так выпасть из реальности. Чертов Лоренс-не-Лоренс!
— Да-да, конечно, — откликнулась, прежде чем поднесла ложку ко рту. — М-м… — похвалила, попробовав. — Суп сегодня невероятно удался.
Ну, а что ей еще было сказать? Обычно хозяева всегда обожают похвалу их интерьера, наряда или угощений и непременно добреют.
— «Вероятно», милочка, — вмешалась молчавшая до этого леди Гарье. И когда Ди вежливо приподняла брови, показывая, что не совсем поняла, к чему это ее «вероятно», безапелляционно отрезала: — В этом доме суп всегда удается.
Никаких «невероятно» и быть не может.
И правда, как это она забыла, что обычно хозяева еще и ведут себя с гостями вежливо?
Диана улыбнулась шире.
— Приношу извинения, тетушка. Ваша кухарка — настоящий мастер своего дела.
Сработало. Тетка довольно хмыкнула, хоть и проворчала короткое: «То-то же», — и снова вернулась к трапезе.
Вот же старая грымза, которой и слова против не скажешь.
Впрочем, Ди сейчас было о чем подумать, кроме вечно брюзжащей старухи.
…«А если так?» — хриплый шепот прямо на ухо. Жаркое дыхание, опаляющее шею. И не менее хриплое «Да-а-а», срывающееся с собственных губ…
— Так вот, дорогая кузина… — жизнерадостный голос Себастиана опять беспардонно ворвался в ее мысли.
— Да, дорогой кузен? — Диана снова улыбнулась. Что-то она и правда увлеклась.
