Однако оно не помещалось. И оставалось только гадать, каким образом в прошлый раз Жнеда умудрилась вместить их туда не меньше дюжины. Как, черт вас всех дери?!
Попыхтев еще несколько минут, Ди окончательно распсиховалась, выдернула платье из чемодана и швырнула обратно в шкаф — бросила на дно. Да и плевать. Что у нее, платьев дома мало? А в столичных лавках, вообще, пруд пруди. Так неужели отец не раскошелится для дочери, умудрившейся за несколько месяцев заслужить себе в наследство огромное поместье, превосходящее доходами его собственные капиталы в несколько раз?
Еще как расщедрится, и похвалит, и скажет, что необычайно горд, и еще поставит Диану в пример брату и сестре.
Мама будет с гордостью прижимать ладони к груди и смаргивать слезы умиления. Элиза хихикнет, потом нахмурится и деловито спросит: «Какая-какая у Сливды площадь? А урожайность?» — и начнет производить расчеты в уме. А Дерек… Дерек будет зол и непременно станет завидовать. Он-то чуть не опозорил семью своим романом со служанкой, а его сестрица скаталась в глушь и приехала с таким приданым, что ему только локти кусать.
Еще недавно Ди прыгала бы от восторга, только представляя подобные перспективы.
Сейчас же ее «восторга» хватило ровно на то, чтобы сорвать с плечиков еще одно платье, яростно его измять и тоже зашвырнуть на дно шкафа — к первому. Туда же улетело и следующее.
Не нужно оно ей, ничего не нужно. То есть не нужны — платья, естественно. Купит новые.
Или, вообще, будет отныне расхаживать в брюках. А может, еще лучше, как Эль до беременности, пойдет работать в Гильдию магов и станет гоняться за нежитью и нечистью по всему городу. Или…
Диана всхлипнула и сама опустилась на дно шкафа, усевшись прямо на валяющиеся там платья. Запустила руки в волосы и уперлась лбом в колени.
Вернуться домой, получить одобрение семьи, снова жить, ни о чем не думая и ни о чем не печалясь. Никакой ответственности, никаких проблем.
Хочешь — иди на бал. Хочешь — беги на свидание. А если есть желание, то и на свидание с продолжением. Все мужчины столицы снова будут у ее ног, и она сможет выбирать и ни в чем себе не отказывать…
Ди впилась в волосы еще сильнее и тихо заскулила, царапая ногтями голову."
"Это все было ее жизнью прежде, а богатое наследство и свобода от семьи — прежней мечтой. Теперь ей не нужны были красавцы-кавалеры, ей больше не хотелось балов и нарядов.
