— Чтобы… что-нибудь!
— Зачем? — все тем же ровным голосом повторил Марко. — Я никогда не вернусь домой. Какой смысл напоминать о себе?
И у Ди не нашлось слов. Только в глазах от ощущения лютой безысходности стало мокро.
— Что было дальше? — спросила она тихо.
А его плечо под ее ладонями вдруг напряглось.
— Ты ревешь, что ли?
— Нет, конечно.
— Прекращай. Не надо меня оплакивать, — в голосе Марко появились привычные язвительные нотки, и Ди улыбнулась сквозь слезы.
— Так что было дальше?
— А дальше: купли, продажи, новые хозяева: одни, потом другие.
А где-то через год в гости к очередным господам заехал лорд Гарье, ему мной похвастались, рассказали, какой я полезный, да еще и с цифрами хорошо работаю. Ну и — перекупил.
Ей вдруг сделалось холодно.
— А этот год... ну, там... ты...
Вспомнилось, что Марко сказал ей на кладбище, когда ему пришлось закапывать могилу, а она обвинила его в пособничестве рабовладелице. О том, что рабов убивают, калечат и насилуют. И только в Сливде их жизнь почти не отличается от жизни свободных.
Он тогда говорил так убежденно... Так на что же ему довелось насмотреться за тот год?
— Всего лишь год, — фальшиво-позитивным тоном произнес Марко, ясно давая понять, что рассказывать подробности не намерен. — Я везунчик. Всего-то год.
Диана бы с этим поспорила. Но как он сам только что сказал, какой в этом смысл?
— Значит, сейчас тебе двадцать девять, — заставила она себя улыбнуться и произнести бодро.
Марко подхватил смену темы мгновенно.
— А на сколько выгляжу?
— На тридцать.
— Пф-ф... Мне тридцать через пару месяцев.
— Даже на тридцать два!
— О, это, конечно, глубокая старость.
— Можно я останусь с тобой на ночь? — Она вдруг опять резко поменяла тему.
Марко помолчал, прежде чем ответить.
— Если я скажу «нет», ты уйдешь?
Диана сделала вид, что задумалась.
— Ну-у, учитывая то, что встать и выгнать ты меня не сможешь... — Он рассмеялся, а она поудобнее обвила его руку своими и прижалась к плечу щекой. — Спи, — шепнула тихонько, и сама расслабляясь.
— Пока мазь действует…
Глава 15
Когда Диана появилась за завтраком, бодрый и совершенно целый кузен (жаль, нос набекрень ему невероятно шел — наглядно демонстрировал его внутреннее уродство) возмущенно выпучил на нее глаза.
— Тетушка, вы позволите ей сидеть с нами за одним столом, после того что она сделала? — возопил он, повернувшись к восседающей во главе стола старухе.
Ди в это время уже безмятежно расправляла салфетку на своих коленях.
