Буду выяснять, что вы там забыли и что видели.
— А можно мне сразу назначить часы отработки и отпустить, а? — теперь уже Корский смотрел на нашего куратора с пробивающим на жалость лицом.
— Поздно, студент! — Дункан не купился. — Мне нужен будет кто-то, чтобы следить за моей неуемной невестой. А ты, я смотрю, прекрасно с проблемами справляешься.
— А, ну раз за невестой, то ладно. Главное, подальше от Лакруа.
— Так она и есть невеста, студент, — как-то зловредно усмехнулся Дункан.
— Что? — опешил Корский.
— Я не говорила «да», — возмутилась я.
— Бель — моя невеста, — это он ответил Корскому. — И ты говорила мне «да»! Более того, сама предложила пожениться без всяких отборов, — а это уже прилетело мне.
Надувшись, я еще немного повалялась на земле и, сообразив, что никто не спешит подать мне руку, кряхтя, встала на четвереньки. И тут же испустила дух... то есть тяжко выдохнула. Мой бедный бок пылал огнем. От шока и страха я даже не заметила этого.
— Бель? — Дункан соизволил присесть.
— Тебе очень невеста нужна? — прокряхтела, судорожно вспоминая, когда в последний раз бегала и бегала ли вообще.
— Это вопрос с подвохом? — он сурово всмотрелся в мое лицо, о чем-то размышляя.
— Нет, — выдохнула и поморщилась. — Просто если я сейчас разогнусь, то никакой свадьбы точно не будет. И как бы не столь кардинальным способом я собиралась ее избежать. Не на тот свет отправляться же.
— Больно? — наконец догадался он.
— Леди не бегают, — выдавила из себя. — Их все как-то больше на руках носят.
"
"— Ну не я это предложил, — он прямо просиял, склонился еще ниже и подхватил меня за плечи и под колени. Я и пискнуть не успела, как оказалась на его руках.
— А с виду ты легче кажешься, — выдал он, подкинув, проверяя вес.
Я икнула повторно и, испугавшись, обняла его за шею.
Крепко как только могла.
Тишина вокруг давила. Над деревьями висела полная луна, намекая, что все приличные студенты давно уже спят.
— Оказывается, путь к твоему сердцу, Бель, лежит через подземелье и сожжение тупой простенькой нежити.
Все оказалось так просто.
— Можно подумать, ты тот путь искал! Весь день со своей жердиной клювоносой таскался, — выпалила уязвлено и, прижимаясь к его широкой груди, специально язык прикусила, чтобы не лез вперед здравых мыслей.
— Клювоносая? — Дункан вскинул голову и глубоко так задумался. — А Жоржета! Мы в свое время называли ее Жердьжета. Некрасиво, но чего уж. Она была самая высокая в группе и жуткая заучка.
