Единственная, что занимала мысли, училась в школе и только-только постигала науки. — Усмехнувшись, он коснулся моего виска губами. — Однажды Жоржетта застала меня в библиотеке, я писал тебе письмо, прячась ото всех. Между нами завязался разговор и мы заключили сделку: я называю ее временно невестой, а она прикрывает меня от остальных девиц. Позже оказалось, что она весьма умна и начитана, по-своему интересна. Мне было комфортно с ней. Ведь даже намека на романтику не было. Пока...
— Пока что? — я приподняла бровь, желая знать все до конца.
— Пока на последнем курсе она не призналась в любви и не полезла ко мне в постель.
— И? — у меня от волнения голос сел.
Сердце заходилось в бешеном ритме.
— Мы перестали быть друзьями, — он как-то недоуменно пожал плечами. — Я выгнал ее, а она оскорбила меня, высмеяв мою любовь к той, что значительно младше. Обозвала недомужчиной, ведь в отношении тебя у меня никогда грязных мыслей не было. Я познал желание, только когда увидел тебя уже взрослой на осеннем празднике в вашей школе.
— Но... не было такого... — смутившись, кажется, я снова покраснела.
— Было, Бель, — Дункан засмеялся, — приезжал тайно. Хотел подойти к тебе, но не осмелился. Струсил. Вдруг решил, что не понравлюсь тебе, Ты ведь видела меня не мужчиной, а мальчишкой. И я здорово уступаю в красоте Раулю. Он высок, черноволос, гроза сердец. Я же только принц.
— Глупости и вздор! — мгновенно вскипела я. — Ты замечательный!
— Ну и это тоже, — он засмеялся громче.
— Нет, — мое недовольство его словами росло. — Я не люблю, когда мужчина нависает, подавляя как скала. Твой рост, мне кажется, идеальным. У тебя мягкие волосы и такие нежные глаза. Я знаю, что они бывают злыми и циничными, но не со мной. И губы, самые нежные в мире, — я окончательно залилась краской.
— Моя прелестница, это самые лучшие слова, которые я когда-либо слышал. Меня всегда окружала лесть и ложь. Женщины пытались попасть в мою милость, как только я научился ходить. Я слышал их лживые речи, слова любви и чувствовал на их одеждах запах мужей.
От этого в какой-то момент начало мутить. Пока однажды в доме любовницы своего отца, в тот момент, когда он изменял моей матери, я с братом-бастардом, рожденным от служанки, не нашел сокровище, заглянув в шкаф в детской комнате. На меня смотрело солнышко, Бель. Светлое и теплое. Оно сидело на ворохе одеял, прижимая к груди книгу со сказками. Тогда я потерял покой, гадая, какой ты вырастешь.
