Вот будет потеха, когда она явится с расспросами к отцу, а тот, наконец, призовет к ответу маменьку."
"— Хм, — она мило улыбнулась, — а что в Лодосе виконтессу потеряли?
Вот же...
Закрыв сундук, мы снова позвали мужиков-грузчиков.
У кареты нас ждал взволнованный кучер. Он явно понимал, что происходит что-то не ладное, но не решался задавать вопросы.
— Вот и всё, — пробормотала я и вдруг смекнула, что совсем не знаю, как мне дальше быть. На чем теперь добираться до академии.
— Сейчас подойдешь к хозяину таверны.
Скажешь, что ты Анабель Лакруа, — сестрица быстро смекнула, что меня тревожит. — Объяснишь, куда тебе нужно добраться, и он все уладит. Главное, имя, Мирабель. Запомни, пока ты не окажешься в своей Академии — ты Анабель Лакруа, дочь Ночного Короля столицы. Ясно?
Я кивнула. Это имя мне очень нравилось. Красиво звучало.
— Я запомню, — заверила её и просияла...
...Через какой-то час, со скудным гардеробом я уже катилась в довольно удобной карете в сторону соседнего графства.
Услышав имя, бородатый управляющий сомнительным заведением не только нашел мне транспортное средство, но ещё и собрал провизию и приставил двух охранников ещё бородатее, чем он сам.
Быть Анабель Лакруа мне нравилось всё больше и больше.
Глава 4
Три дня спустя
Карета мягко выехала на широкую дорогу, ведущую к главным вратам Академии. Выглянув в окно, я обомлела. Что здесь творилось! Народу, как на воскресной городской ярмарке. Толкотня, суета. Всюду кареты, повозки. Затор.
Похоже, пропускали далеко не всех.
Оставшиеся за забором ругались, что-то громко выкрикивали. Все больше молодые люди, девушки, юноши. Такая разношерстная масса. От бедняков до зажиточных. И все в одной толпе.
— Возница? — выкрикнула я и ощутила, как голос взволнованно дрогнул.
— Без паники, леди Анабель, — раздался грубый бас с запяток.
Обернувшись, я вспомнила, что у меня сзади кареты ещё и два охранника рядом с сундуком расположились.
— Что за толпа? — вопрос вырвался у меня как-то сам собой.
— Ну так, леди, — ближайший бородач развел руками-лопатами, — не только же аристократы поступают, но и простой честной народ. Кто магией силен, чего бы не попытаться пробиться? Вниз скатиться, оно всегда можно. Всегда успеется. А тут хоть какой-то билет в лучшую жизнь выдают.
— Да, — приподнявшись, выглянул второй мужик бандитской наружности, — у меня сестренка меньшая здесь учится. Второй год. Бытовой маг! В богатых домах работать будет.
