Люблю я учеников с пытливыми умами. Прямо радуете старика.
Рассмеявшись, он важно кивнул и пошел дальше по ряду к стойке библиотекарей. Мы же с Корским задумчиво переглянулись и принялись спешно собирать бесполезные учебники.
Глава 37
— А ты уверена, что нам нужна именно эта галерея? — почему-то шепотом спросил у меня Матеус, внимательно всматриваясь в скучные до безобразия портреты профессоров и прочих светил магических наук, которые некогда хотя бы пяткой ступали на территорию академии.
— Откуда мне знать, — я растерянно пожала плечами и поморщилась, снова услышав громкое чавканье.
— Корский, хватит есть! Чтобы ты знал — это неприлично. В присутствии леди так себя не ведут!
— Так, ледя, я из-за тебя обед пропустил, так что молча слушай, как мне вкусно.
Он сделал большие и возмущенные глаза и снова откусил от большого и жирного пирожка с мясом. Во второй руке он сжимал большой бумажный пакет, в котором было еще как минимум три таких.
От этой мысли мой живот предательски заурчал на всю галерею. Мне даже на мгновение показалось, что бровь дамы на ближайшем портрете укоризненно приподнялась.
Моргнув, я внимательнее всмотрелась в ее лицо. Но меня отвлекал этот отвратительный звук.
— Матеус, ну я тебя прошу не так громко! — Возмущено всплеснув руками, обернулась к нему. — Так от тебя все приличные девушки сбегут.
— А мне приличной не надо, — он снова откусил от пирожка. — Мне бы ту, что ела бы сейчас рядом со мной, можно и негромко чавкая.
— Ты ужасен, — простонала и, покачав головой, пошла вперед.
— Зато мое брюхо не распугивает утробными звуками всех призраков в округе, — словно издеваясь, он вытащил из кармана жуткого вида мятый носовой платок и обтер им жирные губы.
— Ну подожди, братец, — фыркнула, всматриваясь в изображение напыщенного старичка на фоне темной стены. — Вот разберусь с проблемой Майки и возьмусь за тебя. Ты у меня или станешь образцовым джентльменом или я забью тебя учебниками по этикету.
Ответом мне стал громкий кашель подавившегося пирожком родственничка. Таких больших и испуганных глаз я еще никогда не видела.
Схватив его за рукав, так как до шиворота сюртука этого амбала просто не достала, подтащила его к ближайшему окну. Отобрав пакет, положила его на подоконник и от всей души принялась хлопать Корскому по спине. Чтобы не просто кусочек сдобы провалился, а вся дурь в подштанники высыпалась.
— Довольно! — взвыл он охрипшим голосом. — Все! Мне легче!
Кивнув, я в последний раз изящно прописала ему кулаком промеж лопаток.
