Просто исполнить желание, чтобы котёнок поправился. Это не так сложно. Давай же!
Фиолетовая дымка начала исходить от моих ладоней, обволокла котёнка и быстро исчезла. Он тут же перестал дрожать и издавать звуки. Я же ощутила сильную отдачу в руки. Пришлось сделать пару шагов назад, чтобы удержаться на ногах.
Все смолкли и замерли. Даже Бум запрыгнул на стол и принюхался. Либо котёнок поправится, либо я его… убила.
— Никки? – тихонечко произнесла девочка, кладя ладошку на своего любимца. И о чудо! Тот всё-таки поднял голову.
Он открыл глаза и осмотрел нас сонным взглядом, словно всё это время не болел, а просто спал.
На моих губах тут же появилась улыбка. Всё произошло так быстро, что у меня сердце успело замереть и начало отстукивать ритм снова только сейчас. Бум что-то довольно мявкнул и ткнул котёнка пушистой лапой. А малышка восторженно вскрикнула и быстро прижала чёрный комочек к груди.
— Слава богам-создателям! Ты здоров!
Я же почувствовала усталость и опустилась в кресло рядом. Всё-таки желание Изольды уже было довольно сложное, а тут магия без платы.
Это может аукнуться. Вернее, это должно аукнуться. И насколько сильно – зависит от того, чем болел котёнок. По сути, я просто отдала плату за девочку. Но даже не знаю, какую. Именно поэтому рады были все, кроме Клары. Ворона уставила на меня очень недовольный взгляд.
— М-меня зовут Элли, – чуть успокоившись, когда мы все выдохнули, робко произнесла малышка. – Мы с папой живем на ферме недалеко отсюда. Он говорил мне, что тут торгует магией злой дяденька, который может заколдовать кого угодно.
Я побежала сюда, потому что надеялась, что этот маг сможет вылечить Никки, раз он такой сильный. Но… вы не похожи на того, о ком рассказывал папа.
— Да, тот дяденька – мой отец. Он тут больше не живет, – я запнулась, наверное, не стоит говорить ребенку о смерти. – Переехал. В другой мир.
— О-о-о, – Элли задумчиво протянула это и вытерла слезки с бледненьких щек. – А вас как зовут?
— Рита, – я с улыбкой кивнула.
— Рита, а что… что я вам должна за Никки? У нас нету денежек, но зато растет большая морковка и корова даёт вкусное молоко.
Я могу принести их, – она стыдливо потупила взгляд. – Простите, но больше у меня ничего нету. И даже за молоко папа будет ругаться, но я смогу унести его тайно.
— Нет, не волнуйся. Ничего не нужно.
— Страшная птичка сказала, что я должна… заплатить…
Слова Элли звучали всё тише, пока совсем не затихли для меня, хотя малышка явно двигала губами. Я совсем размякла.
