Публика внимала, даже с некоторым благоговением, а я все пытался понять, к чему граф это все рассказывает.
Но к делу он перешел минут через двадцать. Когда в подробностях расписал архитектурные особенности особняка в Царском Селе, изысканность его мебели и убранства, и биографические подробности хозяина.
— Мы встречались с герром Базилем в Цюрихе, — голос графа вдруг перестал напоминать заунывную речь лектора по истории искусства. Взгляд его снова стал цепким и острым. — И в числе всего прочего он мне рассказал, что в его особняке в Царском Селе осталась одна коллекция ювелирных украшений.
Он заказал ее у самого Карла Фаберже, настаивал, чтобы работу мастер сделал сам, а не поручил своим многочисленным подмастерьям. Так что все девять предметов изготовлены руками маэстро от ювелирного искусства. По образцам ныне утраченных украшений из царских курганов скифов. Герр Базиль сказал, что оставил большевикам все, все свои сокровища. Кроме…
Граф замолчал, вскинув подбородок и прикрыв глаза.
Повисло молчание, которое нарушило только шушуканье «на задней парте», где сидели те самые «двое против ветра», служебную принадлежность которых я пока что не определил.
— Дорогие друзья! — граф театрально раскинул руки в стороны. — Мы с вами много обсуждали, что для открытия нашего с вами музея нужен особый экспонат, так сказать, гвоздь программы. И я рад вам сообщить, что он у нас будет!
— Простите, герр граф… — кашлянул с заднего ряда старший из «бывалых туристов».
— У вас есть возражения, герр Шредер? — холодные глаза графа сузились до щелочек.
— Мне очень неудобно, но да, есть, — сказал потрепанный Шредер и встал. Одернул полы пиджака. — Видите ли, эта коллекция представляет не столько культурный, сколько исторический интерес. По нашим данным, герр Фаберже, когда работал над «Скифской сказкой», действительно пользовался настоящими артефактами. Так что, в некотором роде…
— Переходите к делу, герр Шредер, — раздраженно бросил граф и дернул рукой.
— Эти украшения требуется должным образом изучать, прежде чем выставлять их на всеобщее обозрение, — пожевав губами, сказал Шредер. — Видите ли, есть версия, что герр Базиль Кочубей оставил коллекцию не случайно. И кровавый след, сопровождающий эти украшения за их весьма недолгую историю, позволяет нам думать, что…
— Вы морочите мне голову, — породистое лицо графа скривилось. — Никто не мешает вам изучать украшения в то время, пока музей закрыт.
