Притворишься, пьяной и гуляющей по ночному городу. Алоиз потом тебя прикроет от нарушения комендантского часа. Ну, а мы как-нибудь сами с усами. Не поминай лихом, если что.
— Не нравится мне твой план Саша, — Злата поежилась. — Как вы вообще внутрь попадете?
— Увидишь. Немцы не особо бдительны, они считают город полностью своим. Подполье еще не окрепло. На этом и сыграем, — Не волнуйся, нормальный план. Рабочий. Охраны там, предполагаю, мало. Все-таки полиция здесь еще не расквартирована. В комендатуре говорили, что здесь эстонский батальон разместят.
Повезло нам, можно сказать, что не прибыли они еще. Соответственно и заключенных в тюрьме пока мало. Большинство задержанных не держат в застенках. Вешают, либо в концлагерь отправляют. А таких диверсантов, как Наташа, и вовсе один. О других я не слышал.
Я повернулся к цыгану:
— Рубин, ты помнишь, что твоя задача прикрывать мне спину. На рожон не лезь. А если что, бей ножом, как в прошлый раз. Только не так истово, времени на каждого у нас немного будет.
— А если там еще кто-то есть. Узники наши? — выдохнул цыган. — Мы их что? Бросим?
— Будем действовать по ситуации, если там…
Но договорить я не успел.
Ба-бах! Бах! Со стороны псковского кремля прокатились раскаты грома. Только взметнувшееся в небо зарево свидетельствоало, что это вовсе не гроза.
— Работаем! — скомандовал я и короткой перебежкой достиг стены дома. Вжался в кирпич почти возле самого крыльца.
Притаился. Сталь самодельного ножа, который я прикупил на базаре, зловеще отсвечивала от луны.
Добрый ножик, и хват удобный. Его лезвие до остроты бритвы довел часовщик.
Сзади почувствовал горячее дыхание Рубина. Его клинок в нетерпении скрежетнул по кирпичу.
— Тише! — прошипел я. — Слейся со стеной.
Ждать пришлось недолго. Изнутри лязгнул засов, сердце мое сжалось. Только бы не больше трех вышло, только бы не больше трех! С четверыми по-тихому не справимся.
Дверь распахнулась и на улицу вывалился хряк. Фашист в кителе нараспашку и без ремня. Пузо переваливается через штаны.
Мать его свиную ногу! Где остальные? Ну?… Сейчас хряк повернется и нас заметит. Но мы стояли с западной стороны от входа. А свинорыл, что-то дожевывая, пялился, естественно, в противоположную. В сторону бухнувшего склада.
Я выждал еще секунд пять. Они показались вечностью. Похоже, никто больше не выйдет. П*здец! Остальные внутри, что ли засели. Эх! Была не была. Нельзя больше медлить.
Прыжком я очутился возле немца и вонзил ему нож в шею.
