— Федь, — Виктория приоткрыла один глаз, а потом и вновь его закрыла, сил у не тоже не было, зато нашлись силы перебраться ближе и улечься поверх своего великана, прижаться ухом к груди слушать, как сердцу возвращается привычный ритм, — Если было бы капельку лучше, я бы просто сдохла. Так что нет, Федь, все хорошо, замечательно, умопомрачительно. Федь, а пока я просто не в состоянии думать. Засим, отключаюсь.
Федор тихо рассмеялся, стиснул хрупкое тело в своих медвежьих объятиях и расслабился. Правда, одна мысль не давала ему покоя.
— Вик? — тихо позвал Федька.
— Ммм?
— Вик, ты сказала, я слышал, — прошептал Федор, — Сказала, что…
— Да, — выдохнула Вика.
— То есть…
— Да.
— А уверена?
— Да.
— Ты теперь просто обязана сделать из меня порядочного семьянина.
— Да.
— В пару дней уложимся.
— Нет.
— А сколько? Вик, я ж не смогу без тебя! А, Колючка? И суток не выдержу. Веришь?
— Да. Два месяца.
— Два? Вик, убиваешь просто.
— Два месяца, и я хочу ресторан, гостей и белое платье.
А ты в смокинге.
— Вик, я сдохну за этот срок.
— Я перееду к тебе.
— Два месяца, так два мясца.
— Да. Дай поспать.
— Спи, кнопка.
Федька улыбался, поглаживая девушку по спине, затылку, шее. Укрыл их тела одеялом и лежал, глядя в потолок.
— Вик, я тебя очень люблю.
— Знаю. Дай поспать.
Федор только улыбнулся. Нет, он точно знал, нет на земле человека счастливее его.
22
— Федь, пойдем танцевать! — Виктория Яковлевна была жуть как хороша в облегающем платье, длиной чуть выше колен.
Легкая ткань соблазнительно обтягивала округлые бедра и подчеркивала аппетитную попку.
— Вик, у меня две ноги левые, — повинился парень, с улыбкой глядя в смеющиеся карие глаза.
— Федька, ну, пошли! — не унималась Вика, подпрыгивая в такт веселой музыке.
— Викуль, я там половину народа на танцполе передавлю, — хмыкнул Федор, — Ты беги. Я отсюда посмотрю.
Вика, смешно надув губки, все же решила оставить парня в покое и вернуться к танцующему народу.
Но прежде, чем отойти от парня, скользнула руками к его шее и притянула к себе. Легко скользнула по его рту и уже собралась умчаться отрываться на танцполе. Федька не пустил. За талию перехватил.
— И кто же т-т-так целует? — проворчал он, и рукой обхватил затылок, прижался к губам и оставил жаркий горячий поцелуй, — Вот т-т-теперь беги.
Виктория Яковлевна ускакала, задорно отбивая ритм ножками, а Федор пригубил вискаря из стакана, провожая ее взглядом.
