Ты же бегаешь постоянно от меня, разве ты давала мне возможность заняться с тобой чем-нибудь еще? Сегодня будет не только секс, — невыносимый тип, словно заботливый папочка, окончательно прижал меня к себе и уже успокаивающе поглаживал по голове, — мы отправимся на прогулку. На вертолетике полетим. Я тебе покажу несколько красивых мест. Посидим там, на природу посмотрим, поболтаем. Потом в ресторан заедем. Я тебя покормлю, если тарелками обещаешь не бросаться. А вечером…
— У меня вечер занят, мне книгу надо писать, — проворчала ему в подмышку.
— Отлично, мой кабинет в твоем распоряжении. Пиши, сколько хочешь. Ну, что, перестала плакать, пойдем, позавтракаем?
Вытирая слезы о его майку, уже успела для себя решить — на войне, как на войне. С сумасшедшими лучше не спорить. Он мне, похоже, реально просто так уйти не даст. Что ж… Я уже придумала, что скажу Густаву и сыну. В конце концов, это мог быть обыкновенный пиар, запланированный уже очень давно. Все было только на камеру. Издатель у меня креативный и жадный.
Денег захотели, с Широковым они договорились. Отличная отмазка. Знаю Густава, поворчит, но поверит. Я ведь вернусь. А с Широковым. Ладно. Уйду на рассвете. Не просто уйду — уеду домой завтра на рассвете. Теперь главное во время поездки найти возможность по-тихому заказать билеты нам с Наташкой. И не на самолет — так он меня в два счета обнаружит. Нет, просто уйти я от него уже каждый день пытаюсь — бесполезно. Ладно, Широков, будь по-твоему. Поиграем в шпионов.
Глава 32
— Сама справлюсь, отстань от меня!
— Справляйся, я только посмотрю, — невозможный человек подпирал собой косяк двери, и реально с удовольствием наблюдал за мной.
"
"Отфыркиваясь, нашла свою одежду и привела себя в приличный вид. Вы не поверите! Мои чемоданы вместе с сумкой снова здесь! Чудо прямо! По воздуху, пока я спала, перелетели!
— Идем, где тут в твоем замке завтраком кормят, — подойдя к нему вплотную, посмотрела на статую снизу вверх. Не нравятся мне эти серые глаза. Наглости в них целый океан.
— Как ты сам-то с собой живешь?
— Тебя, Вагнер, не это должно заботить, — засранец, чуть склонился, видимо еще и на поцелуй рассчитывал. Вот так бы и заехала ему кулаком по этому любопытному носу!
— А что же меня должно заботить? — передразнила его, как маленький ребенок.
Усмешка. Отвратительная, миллиардерская усмешка.
— Тебя должно заботить, Настя, как ты со мной будешь жить.
— Ты знаешь, — передразнила его тон, — очень просто.
