Но какая цель может быть, когда один человек перестает владеть миллионами и переходит на миллиарды и как последний зависимый наркоман уже не может остановиться? Самое забавное, что при всем при этом, все мы появились на свет толстопузыми малышами. Одинаково смотрели на этот мир и думали о горшке (далеко не золотом) и об игрушках. Мультики учили нас быть добрыми. А потом что-то пошло не так.
Миллиардер — это жадина. Ему всего мало. И всегда. Просто посмотреть фильм — мало. Надо обязательно трахнуть главную героиню.
Просто мороженое — отстой. Запихните мне туда бриллиант, иначе невкусно. Миллиардер не умеет ценить ничего. Посмотрев на звездное небо — подумает, что его спутник меньше, чем спутник соседа. А почему бы не трахнуть НАСА?"
"Миллиардер — это слабый человек, который даже не в состоянии слепить обычный снежок из обычного снега. Его «я» зашкаливает и это касается всего. В том числе и нормальных человеческих ценностей, которые были для него важны в ту самую, далеко забытую пору, когда он еще был простым смертным и умел радоваться простой докторской колбасе на обычном, весьма резиновом куске хлеба.
Когда у него были друзья, которые могли приехать среди ночи на другой край земли, потому что именно там заглохла его старенькая машинка.»
Так! Все! Говоришь, миллиардер не человек? Хлопнув книжкой в черной дешевой обложке по своему столу, поднялся на ноги решительно, нетвердой походкой направился на выход.
— Михаил Платонович, распорядиться насчет машины?
Проклятая экономка возникла практически под ногами, когда уже спустился на первый этаж.
Нет, уволю. Всех! Так, говоришь, жадина я? Уже не человек? Забыл все…
— Елена И… — чуть икнул, бывает. — Игоревна. А что там, снега намело?
— Да, но садовник немедленно все расчистит…
— Нет! — моя рука взлетела вверх. Наверное, она меня поняла. — Дай ему выходной. Я сам все расчищу!
— Как? Мих…
— Так… Ты, — поймал пробегавшего мимо охранника. — Куртку, — потянул его за рукав черной служебной куртки. — Куртку мне дай. Сейчас я вам покажу, не человек… Вагнер, что б ее!
Отчего меня, старого, тертого калача, настолько сильно задели слова какой-то там писательницы? Но факт остается фактом.
Уже достаточно пошатываясь на непослушных после пива ногах, вывалился на улицу и, схватив лопату, которой садовник планировал расчистить дорожки, принялся за работу. Не человек! Да?
Когда-то, когда по ее мнению, я был еще человеком, пацаном, первые деньги зарабатывал, помогая во дворах дворникам.
