Уверяла себя, что ненавижу новоявленного сводного брата, но ждала. Потому что подсознательно я понимала, что это не просто какой-то парень. Та одержимость, с которой я изучала его жизнь по соцсетям, всматривалась в каждую его фотографию — была не просто так. Мое подсознание помнило мальчика из детского лагеря.
Но теперь мне больше ничего не остается, кроме как снова не замечать Максима. Как тогда в школе, когда он стал встречаться с Олейниковой. Максим Самойлов снова должен перестать существовать для меня. Теперь уже навсегда.
Отец ввёл Максима в курс дела довольно быстро. Самойлов написал мне сообщение о том, что ждёт всю подробную информацию по сделке уже через три дня после нашей встречи с французами. Я ему не ответила. Я решила общаться с Максимом исключительно через наших секретарей.
Это неудобно. И в такой схеме есть большой риск испорченного телефона, но я не готова разговаривать с Максимом напрямую. Я передала всю информацию своей секретарше, она в свою очередь секретарше Самойлова, а та уже Максиму.
До него, видимо, не дошло, что я готова с ним общаться только таким образом, потому что вопросы по документам он снова стал задавать мне напрямую в мессенджере. Я подготовила для него ответы и передала ему их тем же образом. В какой-то момент мне это уже самой надоело, поэтому я дала Соколову телефон и почту Максима и велела держать с ним связь по сделке и отвечать на каждый вопрос Самойлова. Так Максим перестал мне писать.
Но недели через две он вдруг начал мне звонить. Я упорно игнорировала каждый входящий вызов.
Потом он написал мне сообщение.
«Я звоню тебе по делу. Ответь»
Раз по делу, то это к Соколову. Я дала ему задание связаться с Максимом и узнать, что случилось.
— Кристина Игоревна, Самойлов сказал, что ему нужно поговорить именно с вами. Со мной он отказался обсуждать вопрос, — позвонил мне по внутреннему телефону Соколов.
— Ясно.
Я вызвала к себе секретаршу.
— Слушаю, Кристина Игоревна.
— Светлана, свяжитесь с секретарем Самойлова и передайте ей, чтобы она сказала Максиму Алексеевичу, чтобы он написал мне в письме все, что он хочет обсудить со мной лично.
— Хорошо.
Через полчаса мне пришло новое сообщение от Максима.
«Ты издеваешься???????»
Я снова проигнорировала. Я знаю, что это неправильно, что сделка очень важна для нас, а моя коммуникация с Максимом в такой форме крайне плохо может на ней отразиться. Во-первых, я не могу на 100% доверять Соколову, несколько раз я ловила его на грубых ошибках и непонимании дела.
