Наверняка летит к «Росстрою», а, заодно, и нас выслушает.
— Кристина Игоревна, Олег Витальевич у вас в приемной. Примите? — Снова раздаётся голос секретарши.
— Да, пусть заходит."
"Соколов буквально влетает.
— Кристина Игоревна, — начинает сходу, — мы с вами остановились на французах, но я на всякий случай написал еще той немецкой компании, которая на грани банкротства. Помните, я вам говорил про нее?
— Да, помню. Зачем вы им писали, если мы остановились на французах?
— Ну так, на всякий случай.
Мало ли. Они мне сейчас ответили кое-что интересное.
— И что же?
— Они сказали, что ведут переговоры с нашим конкурентом «Вижн-Строем». — Соколов нервно сглотнул. — Кристина Игоревна, не только мы намерены в Европу выйти, но и Токаревы тоже. Они покупают немцев.
Я застыла. Так вот какую ответку Илюша мне готовил...
— Насколько у них там все серьезно?
— Немцы сказали, что иных покупателей кроме «Вижн-Строя» не рассматривают.
Больше подробностей они не раскрыли, но обычно так говорят, когда уже договорились о цене и начинают сделку. Если мы не поторопимся с французами, то «Вижн-Строй» выйдет в Европу раньше нас, и нам потом будет сложно его догнать...
— Спасибо, Олег Витальевич. Вы большой молодец, что решили написать немцам на всякий случай.
Он послушно кивнул и пошел на выход. Я снова звоню отцу.
— Да, дочь?
— Токаревы покупают немцев. По всей видимости, уже начинают подготовку сделки.
— Очень плохо. Ты можешь попробовать остановить Илью?
— Каким образом, пап? — Я тихо засмеялась.
— Любым.
— Даже не буду спрашивать, что ты имеешь ввиду под словом «любым».
— Ну, поговори с ним аккуратно...
— Что я ему скажу? «Илья, подожди меня»? Мы же с ним не в поход по горам пошли, где я могу ему так сказать, когда он вырвался вперёд, а я подвернула ногу!
Папа на секунду замолчал.
— А тебе французы ответили?
— Да. Через три недели их вице-президент будет в Москве и готов встречаться.
Я так думаю, он едет к «Росстрою», но заодно и с нами поговорить хочет.
— Кристина, нужно выгрызть французов у «Росстроя» из глотки!
— Я знаю... Но это вопрос цены сделки. Французы не хотят продаваться дёшево.
— Придумай что-нибудь. Я в тебя верю, дочь, — и он повесил трубку.
За окном уже стемнело. Снова я засиделась почти до 11 вечера. Откинулась на своём кресле, скинула туфли и вытянула ноги.
