Тогда почему, когда мы снова нашли друг друга и ты меня узнала, ты не разговаривала со мной, всячески меня игнорировала, а когда уехала в Америку ни разу за эти проклятые восемь лет не позвонила мне, не написала, не спросила у родителей, как мои дела, и не приехала домой?
Это самые главные вопросы, которые восемь лет не давали мне покоя. Почему? Почему она со мной никогда не общалась?
— Это слишком сложно, Максим, — тихо отвечает. — Это слишком-слишком сложно...
— Ничего, я постараюсь понять.
— Это не совсем правда, что мы с тобой не общались.
Просто твоя мама не знала об этом и думала, что мы игнорируем друг друга. И я звонила тебе из Америки, когда только приехала туда. Но твой телефон был выключен, и отец сказал мне, что ты сменил номер. Он не сказал, что с тобой произошло на самом деле. Я подумала, что раз ты не сообщил мне свой новый телефон, ты не хочешь больше со мной общаться. А не приезжала я, потому что мне было не к кому приезжать. Меня тут никто не ждал, Максим.
Она говорит последние слова с такой горечью и болью, что у меня перехватывает дыхание.
Ее тут никто не ждал? Ее ждал я! Все проклятые восемь лет я ее ждал!
— Даже я? — Тихо спрашиваю.
— Я так думала. Прости.
Я больше ничего ей не говорю. Тяжело сглатываю и резко отворачиваюсь. Отхожу на несколько шагов и замираю, сильно сжав кулаки. Проклятое дежавю уже душит.
— В твоём присутствии меня накрывает дежавю. Дебильное чувство.
— Я знаю. Девять лет назад оно у меня тоже было. До того, как я вспомнила нашу первую встречу в детстве.
— Тихо мямлит мне в ответ."
"Срочно нужно успокоиться. Возьми себя в руки, Максим! Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох. Медленно расслабляюсь и оборачиваюсь к ней.
— Пообедаем?
Кристина все еще вжата в стекло. Наверное, я сильно ее напугал, и у нее нет сил ответить, потому что Кристина лишь судорожно кивает.
Я быстро иду на выход из кабинет и по стуку ее каблуков понимаю, что Кристина старается поспеть за мной.
— Куда пойдём? — Спрашивает, когда ей наконец удаётся меня догнать.
— Тут есть ресторан на 60 этаже.
— А, знаю. Была там несколько раз в 11 классе.
А меня снова одолевает ревность. С кем она туда ходила?
Мы спускаемся в молчании. Садимся за столик, делаем заказ официанту. Я уже окончательно успокоился. Кристина вроде бы тоже. По крайней мере держится она абсолютно невозмутимо, будто я не вжимал ее в стекло 20 минут назад.
Кристина мне дежурно улыбается, спрашивает, как я жил эти восемь лет.
