– Девушки завернули за угол, потом другой, третий, миновали множество артистов Караваля, с которыми обменялись короткими приветствиями, прежде чем, наконец, остановились перед арочной дверью небесно-голубого цвета. – Прости, у меня не убрано.
По комнате точно ураган пронесся: повсюду валялись корсеты, платья, изысканные шляпки и даже несколько накидок. Скарлетт не заметила в волосах сестры ни единого седого волоска, но, должно быть, та просто успешно их прячет, ведь, чтобы приобрести такое количество новых роскошных вещей, ей наверняка пришлось отдать взамен не менее года своей жизни!
– Места тут мало, поэтому мне почти негде все это хранить, – посетовала Телла, подбирая одежду с пола, чтобы Скарлетт могла пройти.
– Но не беспокойся, наряд, который наденешь ты, под ногами не валялся.
– Не думаю, что пойду на праздник, – отозвалась Скарлетт, присаживаясь на краешек кровати.
– Придется! Я уже купила для тебя платье, обошедшееся мне в пять секретов. – Телла решительно шагнула к сундуку и тут же обернулась, держа в руках невесомый розовый наряд.
– Оно напоминает закат в Сезон Зноя.
– Так надень его сама!
– Во-первых, оно мне длинно, а во-вторых, я приобрела его специально для тебя.
Телла бросила платье сестре. На ощупь оно оказалось таким же приятным и сказочным, как и на вид. Маленькие рукава ниспадали с плеч, подол походил на воздушную пену, а лиф цвета слоновой кости был украшен лентами и шелковыми цветочками, которые меняли цвет на свету от кремового до ярко-розового.
– Просто надень его на сегодняшний бал, – попросила Телла. – Если по окончании ты захочешь навсегда оставить Караваль и всех, кто является частью его волшебного мира, я уеду с тобой. Но пропустить торжество я тебе не позволю. Как я слышала, обычно Легендо приглашает на этот праздник только своих артистов, так что это большая честь для нас. Да и с Хулианом тебе нужно объясниться.
При упоминании о Хулиане у Скарлетт сжалось сердце. Она была рада, что он жив. Но, какие бы между ними ни установились теперь отношения, как прежде уже не будет.
А правду открыть он ей пытался, вероятно, только из жалости. Или потому что это предписывалось его ролью. В любви-то он ей так и не признался!
– Я будто вообще его не знаю, – пожаловалась Скарлетт. Она чувствовала себя одураченной, но стыдилась в этом признаться.
– Сегодня ночью у тебя появится отличный шанс его узнать. – Телла схватила сестру за руки и заставила встать с кровати.
