Мужчина смотрит на меня хмуро, если не сказать сурово…
В животе всё скручивает от волнения. Ведь когда-то он был со мной совсем другим… Ласковым, нежным… Я помню обаятельные ямочки, что появлялись на его щеках при улыбке. Помню, как его глаза стреляли в меня озорными лучиками, когда он шутил…
Помню, как его большие широкие ладони гладили меня по волосам… помню мягкие губы, что дарили столько любви и страсти…
Но всё это оказалось ложью. Ведь в нашу последнюю встречу он был таким же как сейчас — холодным и неколебимым будто камень.
— Скажи сразу, что тебе надо, — с ходу заявляет он.
Подходит к койке, но не садится."
"— Мне? — тихо шепчу я, будто заколдованная, продолжая смотреть на некогда любимого мной человека. — Мне ничего не…
— Если ты хочешь ещё денег, — глаза Максима будто льдинки. — То скажу сразу — я не ведусь на шантаж.
Беспомощно хватаю ртом воздух… Господи… о чём он говорит?
— Мне не нужны твои деньги, — чувствую, как в горле встаёт ком. Слова даются мне с трудом. — Мне от тебя вообще ничего не нужно!
— После того, как ты сняла одним днём всю сумму с той корпоративной карты, что я тебе дал, — цинично усмехается он.
— После этого с трудом верится, что тебе «ничего не нужно».
От жестоких слов глаза начинает жечь. Да, я и правда сняла с подаренной им карты сто тысяч… Нам с Даришкой просто не на что было жить! Конечно, для строительного магната Колесникова эта сумма сущие копейки. Уверена, его обувь стоит дороже…
— Я их тебе верну! — быстро отвечаю я, гордо смотря на него.
Показное равнодушие даётся мне с трудом. Того и глади, из глаз слёзы потекут.
— Не сомневаюсь, — с сомнением хмыкает он. — Сразу после того, как заберёшь обратно свою дочь.
Пальцы до боли впиваются в одеяло. Я… я просто не нахожу слов. Откуда он узнал про Дарину? И почему она у него… наваждение какое-то… Нет! Этого просто быть не может!
— Как… — оторопело начинаю я, неспособная подобрать нужные слова. — Дарина… как…
— Твой ребёнок у меня, — резко обрывает меня бывший.
— И если ты думаешь, что можешь повесить её на меня, устроить скандал, или выбить алименты, то ты, Даша, — он делает особенное ударение на моём имени. — Крупно ошибаешься! Мы сделаем тест ДНК, и тогда ты со своим ребёнком свалишь на хрен из моей жизни!
МАКСИМ
Чёрт… она очень плохо выглядит. Похудела, бледная, под глазами синяки, а волосы…
Вспоминаю, что первое, что меня поразило — роскошная шевелюра шоколадного цвета. Длинные, до пояса, пышные.
