— Почему?
— Что, почему? — смотрю на неё и понимаю, нет, злится на неё не могу. Только не когда она в таком состоянии! Вижу же, что плачет! И понимаю почему!
Этот ублюдок Глотов постарался. Вымазал меня в дерьме по самое не балуйся!
Обидно, конечно, что Даша ему поверила. Но тут я сам виноват.
И вообще…
Это мне такой хороший бумеранг прилетает. За то, что когда-то я поверил той лжи, которую против неё состряпали.
— Даша, вставай. Поехали домой.
— Никуда она с вами не поедет! — ого! Этот лощеный хлыщ вздумал рот открыть?
— Неужели? Ты, значит, разговаривать умеешь? Лучше бы ты машину умел водить.
— В смысле? — он еще и не понимает!
— В смысле, что тогда бы ты не сбил мою девушку, она не попала бы в больницу. Хотя, подожди, получается, что ты мне помог, приятель! Если бы Дашка в больницу не попала, я бы не узнал, что у нас с ней есть ребенок. И вообще, много, о чем не узнал бы. Получается, я тебя благодарить должен. Спасибо, друг!
— Хватит, Максим. Прекрати! — говорит сбивчиво, всхлипывая.
— Почему? Я искренне говорю спасибо!
— Искренне? Ты не знаешь, что это такое! И никуда я с тобой не поеду. У меня самолет.
— Поедешь, милая, поедешь. Вставай. Даришке пора домой, хватит, погуляли, побегали…
— Я сказала — не поеду! И вообще… Я… я пообещала, что исчезну из твоей жизни. Мне заплатили за это. Понял? Денег дали, чтобы я уехала! И я взяла. Пять миллионов. — такой вызов в глазах. Уверена, что я не в курсе? Сейчас будет сюрприз.
— Я знаю, Даш. И я в обиде. Что ж ты так продешевила? Неужели я всего пяти миллионов стою?
— Ты? Ты вообще ничего не стоишь, Черкасов! Я тебя ненавижу! — глаза блестят, вся раскраснелась.
Красивая невозможно. Даже в сердце колет, понимаю, что люблю ее так сильно.
— Я знаю, милая. Поехали домой, правда. Малышка уже устала.
— Я никуда не поеду, Черкасов. И вообще, мне пора.
Она встает, крепко прижимая к себе дочь, кладет ее в коляску.
— Даш, прошу тебя. Дай мне шанс.
— Шанс? — она резко поворачивается, и я вижу боль в ее глазах. — Шанс? А ты дал мне шанс, Максим? Тогда? Полтора года назад ты дал мне шанс? Дай мне пройти!
Я понимаю, что она права, но отпустить не могу.
Беру ее за локоть, она начинает вырываться. Голос подает горе-автомобилист, который почему-то решил, что имеет право вмешаться.
— Отпусти ее! Она хочет уехать!
— Не лезь не в свое дело! — продолжаю держать Дашу, смотрю на этого хлюпика, который на самом деле ни хрена не хлюпик, довольно высокий, плечи широкие. Но мне по фигу.
