В дальнем крыле.
Не отрывая взгляда, беру Дашу за руку.
Чувствую ее трепет, она дрожит. И я… кажется я тоже дрожу. И нет больше сил оставаться без нее, далеко от нее. Расстояние между нами не больше полуметра, но это так далеко!
— Иди ко мне, Даша… — шепчу, стараясь скрыть страх. — Дашенька, любимая моя…
Ее глаза такие огромные. Они как звездочки… Блестят… Не потому, что в них слезы, нет, в них…в них то же желание, которое сжигает и меня.
Я наклоняюсь, сокращая эти миллиарды световых лет между нами.
Она так близко! Её губы, так близко!
Сладкие, нежные, родные…
Я стараюсь быть ласковым, держать себя в руках, но это так трудно, когда она рядом.
Прижимаю ее к себе, поднимаю на руки, сцеловывая легкий стон.
Щелкаю выключателем, который нащупываю на стене. Вместо яркой люстры зажигается мягкая голубая подсветка, потолок становится похож на звездное небо.
Я знаю, Даше всегда это нравилось.
— Макс…
— Т-с-с… маленькая моя, нежная…
— Я…
Сажусь на диван, укладывая её на себя, стараясь сдерживать страсть, хотя это неимоверно тяжело.
— Макс…
— Тише, любимая, я… ничего не будет, если ты не захочешь, просто я… я так скучал без тебя.
Продолжаю ее целовать, понимая, что выдержка скоро даст сбой. Не смогу сдержать слова, если она скажет нет.
Но она молчит, и… и я чувствую ее ледяные ладошки, пробирающиеся под футболку.
— Максим…
— Скажи «да», пожалуйста! Скажи, что ты тоже этого хочешь? Скажи, что тоже сходила с ума без этого?
Нему бред, как все влюбленные, безумные, дикие… И она отвечает!
— Да, да… хочу… схожу… сходила… просто… Мне было так плохо без тебя… так плохо…
— Девочка моя… Прости меня! Я…
Я понимаю, что сделаю все, чтобы она забыла, чтобы не вспоминала никогда ту боль, которую я причинил!
Её кожа горит огнем, моя тоже.
Невозможно оторваться. Невозможно остановиться.
Это что-то невероятное. Притяжение между нами. Огонь. Страсть.
Я не стараюсь быть нежным уже, просто не могу. Но и она как дикая кошка, царапает меня своими коготками…
— Максим!
Ее крик стоит в ушах, дрожащие ресницы, капельки пота над верхней губой и в ложбинке у горла.
И всхлип, с котором она прижимается, требуя поцелуя.
Господи, какой я дурак!
Как я мог лишить нас этого счастья?
Премию Дарвина мне. Нет, две. Заверните…
— Максим…
— Что, любимая?
— Не знаю…Но…
— Тише, не говори ничего. Утро вечера мудренее…
Она опускает голову и прижимается к моей груди.
А я слышу, как стучит мое сердце. Словно ликуя там, внутри.
Я люблю ее. Люблю…
Глава 36.
ДАША.
