Почти.
Почти…
— Подожди, — упираюсь ладонью ему в грудь.
Взгляд Максима затуманен. Кажется, он тоже с трудом соображает, что именно мы с ним делаем.
— Я не могу, — продолжаю я.
Опускаю взгляд и отступаю на шаг назад.
— Пожалуйста, Даша, — внезапно он опускается передо мной на колени. — Прости меня, — начинает целовать мои ноги. — Прошу… прости…"
"Я задыхаюсь. Хватаюсь за голову! Господи, что же мне сделать?
Нужно оттолкнуть его! Сейчас же!
Или… или не нужно… Неужели я найду в себе силы вот так просто простить его?
МАКСИМ.
У меня все горит внутри. Никогда не думал, что сделаю это, но…
Я на самом деле на коленях перед ней. Искренне раскаиваюсь. Нет, это слишком слабо сказано. Я опустошен и раздавлен. Меня переполняет такое дикое чувство вины, что сердце просто превращается в кровоточащий сгусток боли.
Вспоминаю момент, когда я вычеркнул Дашу из своей жизни. Как я тогда старался казаться безразличным, делал вид, что мне на неё плевать! И как в реальности раскалывался на части, разбивался вдребезги! Это мне было хреново! Я был уверен, что она предательница, изменница, не стоящая моего внимания! Потом еще узнал, что она воровка!
Мне было плохо! А каково было ей?
Каково было ей, чистой и невинной девочке, к тому же беременной?
Мне никогда не искупить вины перед ней!
Поверил наговорам, сплетням, явному подлогу.
Осталось только понять — чьему! Но я это выясню.
Сейчас сам понимаю, что на месте Даши я бы не то, что не простил — близко бы не подпустил, ни к себе, ни к малышке!
Еще и мама популярно мне объяснила, какой я лох…
— Знаешь, сынок, в Москве есть знаменитое здание, особняк Арсения Морозова, ты его хорошо знаешь, там часто проводят приёмы, конференции.
Так вот, когда мать Морозова увидела то, что построено было по приказу ее сыночка, она сказала: «Раньше только я знала, что ты дурак, теперь вся Москва будет знать». Я была уверена, что никогда не захочу сказать подобной фразы своему сыну. Во-первых, потому что ты не дурак. Но… Сейчас я чувствую себя разочарованной. Максим, объясни, как ты мог поступить так со своей девушкой, со своим ребенком? Не думала, что мне будет за тебя стыдно.
А мне стыдно! Очень стыдно! Не представляла, что ты дашь повод отчитывать тебя как дитя малолетнее!
Я молчал. Стоял, голову опустив, с ужасом понимая, что мать права. Права во всем. Я дурак. Идиот. Остолоп слепой!
И теперь все будут это знать. Потому что история о Даше, конечно же всплывет. Нет, мне, конечно, безразлично на то, что будут говорить обо мне.
