— Откуда этот… турболёт?
Арториус победно потряс руками:
— Мы победили! Вы совершили беспримерный подвиг, и ваши деяния весь мир будет помнить ещё очень долго! После уничтожения кровавого диктатора и его верхушки оставшиеся в живых пособники диктатуры сложили оружие! Власть перешла к нам! Мы создали объединённое правительство из представителей всех сообществ, которое займётся восстановлением мира и подготовкой к законным выборам. К сожалению, почувствовав неотвратимую гибель, диктатор приказал применять заряды на основе высокоактивных тяжёлых элементов, и территория под центральным куполом серьёзно заражена.
Он хотел забрать с собой в могилу всё живое! В настоящий момент мы перебрасываем сюда из Бункера отряды специалистов для оказания экстренной помощи населению Ромба! Мы же медики, господа! Это наш великий долг, это наше предназначение! Мы очистим Ромб от радиоактивного заражения, как вы очистили его от диктата палачей! Тысячи сотрудников Корпорации добровольно вызвались принять участие в операции спасения!
Переполняющие Арториуса эмоции было видно даже через лицевой щиток гермошлема.
Его глаза сверкали, он энергично жестикулировал, слова звучали громко и отрывисто. Бывший подпольщик переводил взгляд с одного бойца на другого и не мог устоять на месте.
— Господа! Чего же мы стоим! Скорее, идёмте на борт, нас ждут дома! Вас ждут с нетерпением! Вы должны срочно получить медицинскую помощь. Лучшие специалисты Корпорации будут заниматься вашим лечением.
Пойдёмте! — он устремился по коридору к выходу. — Нас ждут дома!"
"Бойцы Внешней группы, пошатываясь, двинулись за ним. Тринадцатый опирался на автомат, как на посох. Наконец-то сегодня произошло хоть что-то хорошее. Удивительно, что подполью так быстро удалось перехватить власть. Видимо, диктатор и впрямь стоял у всего мира поперёк горла. Хотя, как ещё могло быть с человеком, который собирался захватить в могилу и без того невеликие остатки человечества. А с виду был сентиментальный дед.
Да, вот тебе и сантименты. Телохранителя пожалел, а весь мир забыл.
Боль в голове нарастала, мысли путались, ноги пытались подогнуться. Держаться! Ну, подумаешь, контузило самую малость. Первый раз, что ли? Не падать же теперь из-за этого прямо здесь. Он упрямо переставлял непослушные ноги. Кто-то из бойцов, сквозь мутную плёнку перед глазами было сложно понять, кто же именно, вдруг упал на колени с приступом рвоты. Надо бы помочь ему подняться.
