Ну, то есть начальником отдела она стать, конечно же, мечтала, но не таким путем. В результате вся текущая работа выполнялась в основном ею, а мне оставались дела, которые Потап коротко называл: «Лен, да делай что хочешь, я тебе доверяю».
Чтобы не сдохнуть от скуки, я принялась наводить порядок в архиве компании, а также инициировала перестановку во всех отделах. Когда начались недовольства, предложила заменить ремонт тотальной проверкой профпригодности, и народ резко подобрел, совсем по-новому восприняв мои дизайнерские замашки.
– Скорее бы он уже выбрал, кого начальником нового отдела поставит, а кого в помощницах оставит, – с тяжким вздохом протянула Аллочка и, взяв свою сумочку и телефон, созналась: – Хотя, знаешь, мне и тут неплохо.
– Мне тоже, – грустно вздохнула я и, проводив коллегу взглядом до самой двери, направилась в кабинет своего несносного босса.
– Ну, где ты есть? – заворчал Потап, расставляя на низком столике контейнеры с готовой едой.
– Ты опять? – мявкнула я возмущённо и, втянув носом умопомрачительные запахи, заворчала: – Я же просила не соблазнять.
– А я ещё и не начинал, – многозначительно хмыкнул Потап и, облизав пальцы, кивнул на диван, безапелляционно рявкнув: – Садись, сказал. Сонька сказала, тебе вес набрать надо.
– Нормальный у меня вес, – огрызнулась я, но свою тощую задницу на указанное место послушно приземлила. Также безропотно приняла из рук Потапа тарелку с нарезанным шашлыком и, оторвав кусочек лепёшки, макнула в любимый чесночный соус.
– Вкусно? – наблюдая за моими неподдельными эмоциями, проурчал мой босс и, отправив в рот кусок мяса, уверенно заявил: – Можешь не отвечать. Вижу, что вкусно.
– Да, но… – я пожала плечами и, покраснев, заставила себя есть более степенно и сдержанно."
"Потап хмыкнул и, подкинув мне на тарелку ещё парочку поджаристых ломтиков мяса, довольно хмыкнул.
– Чего? – насторожилась я и, пытаясь сменить тему, упрекнула: – Две недели меня уже откармливаешь. Скоро в двери не пройду.
– Не выдумывай, – фыркнул Потап и, придирчиво осмотрев меня с головы до ног, констатировал: – Ещё откармливать и откармливать.
Не пойму я, зачем ты худела? И почему сейчас так боишься снова немного поправиться?
«Да потому что не хочу, чтобы ты ценил меня только за это», – хотелось выпалить мне, но посмотрев на увлечённо жующего мужчину, я сдержалась.
Он мне нравился. Очень нравился. За прошлые две недели наши странные обеды и почти пацанские посиделки вошли в привычку.
