– Лен, ты же понимаешь, что разглашение личных данных пациентов и превышение полномочий – это увольнение по статье?
Она явно не шутила и, произнося свою речь, наслаждалась процессом и моей беспомощностью. Я пожала плечами и, приняв покорный вид, протяжно вздохнула. Уловка не сработала. Кристина Семёновна скрестила руки на груди и, вздёрнув одну бровь, тонко намекнула:
– Ну как хочешь… Мне же лучше, что ты не сможешь устроиться ни в одну из больниц столицы. Родители, наверное, расстроятся, но…
– Хорошо, – кивнула я и, посмотрев в упор, улыбнулась, тут же невозмутимо сообщив: – К тому же я сама давно это планировала.
– Вот как? – она нахмурилась и, поджав губы, предположила: – Родители местечко получше нашли?
– Что-то вроде того, – уклончиво ответила я, не желая раскрывать свои реальные планы.
– Отлично! – не скрывая радости, выдохнула начальница и, пытаясь напоследок задеть хоть чем-то, напомнила: – Но сначала отработаешь две недели. Иди пиши заявление.
ГЛАВА 19
Лена
С Настей, как обычно, договорились встретиться в кафе торгового центра.
Она перебивалась временными заработками, которые я ей и подыскивала. Помимо необходимости выплачивать компенсацию злополучному пациенту, подруга ещё помогала бабушке, поэтому радовалась и искренне благодарила за любой вариант подработки.
Специфика хирургического отделения, где я работала, могла снабжать Настю потенциальными клиентами на постоянной основе. Пациенты, перенёсшие сложную операцию или получившие серьёзные травмы, нуждались в услугах опытной медсестры.
Жаль, но в этот раз вместе с новым контактом я принесла и не очень радостную весть. Но как преподнести?..
– Бабулечка после замены бедренного сустава, – вырвав из блокнота исписанный листок, протянула Насте и дополнила: – Выписывают через пару дней, и родня ищет сиделку.
– Они уже согласились?
– Да, ждут звонка, – подтвердила я, тут же обращаясь уже к сотруднику кафе: – Латте и-и, пожалуй… вот это пирожное, – но, оглядев исхудавшую и осунувшуюся подругу, спешно дополнила: – Два пирожных.
– Ты так с диеты не сорвёшься? – хихикнула Настя.
– Нет. Уже минус шесть килограмм, – похвасталась я и, проводив официанта взглядом, пояснила: – А пирожные тебе.
– Лена, не надо было…
Пригвоздив смутившуюся подругу дотошным взглядом, я ещё раз отметила не очень новую, хотя и чистую одежду, слишком лёгкую куртку, висящую скромной тряпочкой на спинке стула, обувь не по погоде, покрасневшую кожу замёрзших рук.
