– Я бы рассмотрел это направление. Мне бы только их дизайнера переманить.
– Кого? Зачем? – надеясь, что ослышалась, проблеяла я.
– Отель у них очень необычно оформлен. Единый стиль, оригинальный дизайн. Они практически только за счёт этого пробились в списки лучших. Как только выясню, кто этот гений, – переманю без раздумий. Никаких денег не пожалею. Это же сколько можно развить и…
– А они не говорят? – уточнила, едва ворочая языком.
– Не-а, – нахмурившись, Потап вздохнул и, хищно усмехнувшись, ошарашил: – Встреча планируется в этом самом отеле и приурочена к юбилею Осипова старшего.
Мы идём как потенциальные инвесторы, но я представлю тебя своей… кхм, девушкой.
– Девушкой?.. – выдавила, чувствуя, как буквально глохну от подступающей панической атаки. Худшего варианта я и представить не могла, поэтому помотав головой, затараторила: – Нет, я не могу. Не пойду. Платье не взяла и… и туфли… и… ты не предупредил!
– Лен, ну чего ты истеришь? – попытался успокоить Потап. – Время есть.
Купим наряд, будешь у меня самая красивая. Осипов младший обзавидуется. Сам не заметит, как выдаст мне все секреты.
«О, да-а-а! Этот точно выдаст!»
ГЛАВА 41
Лена
Оглядев своё отражение в высоком зеркале, уже вероятно в сотый раз одёрнула многослойную юбку вечернего платья. Я себе определённо нравилась, но нервы не выдерживали. По какой-то нелепой иронии судьбы поселились мы именно в том самом отеле, декором которого я занималась чуть больше месяца назад.
Потап так и не сознался, снял ли он номер сам, или нас любезно разместили организаторы этого званого ужина для будущих инвесторов.
Мысленно ругала себя… Могла же узнать заранее причину поездки и место проведения так называемых деловых переговоров.
Лучше бы Аллочка поехала, честное слово. Хотя… Обойдётся, матрёшка двуличная. Стыдно признаться, но я сильно ревновала, а ещё… она мне просто не нравилась. Бывает же так, – человек ничего плохого тебе не сделал, но бесит просто жутко."
"– Красавица моя, – проурчал Потап и, подойдя со спины, приобнял одной рукой за талию, а второй отвёл волосы в сторону.
Открыв шею, склонился и нежно поцеловал в самое основание, хрипло добавив: – Самая красивая.
От простой ласки аж волоски на теле встали дыбом, а кожа покрылась мурашками. Расплылась в дурацкой улыбке, отклонившись, оперлась затылком о его плечо и счастливо вздохнула.
– Ну вот, а ты переживала, – руки Потапа продолжили гулять по моему телу.
